Из истории, рассказанной моим студентом, можно извлечь полезный урок. Своему автопилоту никогда не следует доверяться полностью; даже если в систему автоматического управления не была специально заложена неверная информация, эта система может иногда выйти из строя. Нам необходимо время от времени проверять, не противоречат ли решения, принятые с помощью автопилота, объективным фактам, нашему жизненному опыту, нашим собственным суждениям. К счастью, такая проверка не требует ни больших усилий, ни времени. Достаточно быстрого взгляда по сторонам. И эта маленькая предосторожность окупится сторицей. Последствия слепой веры в неоспоримость социального доказательства могут быть трагическими.

Этот аспект принципа социального доказательства наводит меня на мысль об особенностях охоты на североамериканских бизонов некоторых индейских племен — черноногих, кри, змеев и воронов. У бизонов есть две характерные черты, которые делают их уязвимыми. Во-первых, глаза у бизонов расположены таким образом, что им легче смотреть по сторонам, чем вперед. Во-вторых, когда бизоны бегут в панике, головы у них опущены так низко, что животные не могут видеть ничего поверх стада. Индейцы поняли, что можно убить огромное количество бизонов, подогнав стадо к крутому обрыву. Животные, ориентируясь на поведение других особей и не глядя вперед, сами предрешали свою участь. Один потрясенный наблюдатель подобной охоты так описал результат крайней уверенности бизонов в правильности коллективного решения.

Индейцы заманили стадо к пропасти и заставили его броситься вниз. Животные, бегущие сзади, подталкивали тех, кто находился перед ними, причем все они делали роковой шаг по своей собственной воле (Hornaday, 1887 — Hornaday, W. Т. «The Extermination of the American Bison, with a Scetch of Its Discovery and Life History». Smith-sonian Report, 1887, Part II, 367-548).

Разумеется, летчику, чей самолет летит в режиме автопилота, следует время от времени поглядывать на инструментальную панель, а также просто смотреть в окно. Таким же образом нам необходимо оглядываться вокруг себя всякий раз, когда мы начинаем ориентироваться на толпу. Если мы не будем соблюдать эту простую меру предосторожности, нас может постигнуть участь водителей, попавших в аварию при попытке перестроиться в другой ряд на скоростной магистрали, или участь североамериканских бизонов.



Фрагмент книги Роберта Чалдини, "Психология влияния".

Источник:My WebPage

Помимо тех случаев, когда социальные доказательства умышленно фальсифицируются, также имеют место случаи, когда принцип социального доказательства направляет нас по неверному пути. Невинная ошибка будет создавать растущее, как снежный ком, социальное доказательство, которое станет толкать нас к неверному решению. В качестве примера можно рассмотреть феномен плюралистического невежества, при котором все свидетели чрезвычайного происшествия не видят причины для тревоги.

Здесь мне представляется уместным привести рассказ одного моего студента, который работал одно время патрульным на скоростной магистрали. После дискуссии в классе, предметом которой был принцип социального доказательства, молодой человек остался, чтобы поговорить со мной. Он сказал, что теперь понимает причину часто происходящих в час пик аварий на городском шоссе. Обычно в это время машины во всех направлениях двигаются непрерывным потоком, но медленно. Двое-трое водителей начинают сигналить, чтобы показать свое намерение перебраться на соседнюю полосу. В течение нескольких секунд множество водителей решает, что нечто — машина с заглохшим двигателем или какая-либо другая преграда — заблокировало дорогу впереди. Все начинают сигналить. Возникает неразбериха, так как все водители стремятся втиснуть свои машины в свободные пространства на соседней полосе. При этом часто происходят столкновения.

Странным во всем этом, по мнению бывшего патрульного, является то, что очень часто впереди на дороге нет никакого препятствия, причем водители не могут этого не видеть.

Приведенный пример показывает, как мы реагируем на социальное доказательство. Во-первых, мы, похоже, допускаем, что если множество людей делает одно и то же, они, должно быть, знают нечто такое, чего мы не знаем. Мы готовы поверить в коллективное знание толпы, особенно тогда, когда чувствуем себя неуверенно. Во-вторых, довольно часто толпа ошибается потому, что ее члены действуют исходя не из достоверной информации, а из принципа социального доказательства.

Поэтому если двое водителей на скоростном шоссе случайно в одно и то же время решили сменить полосу, следующие два водителя вполне могут сделать то же самое, предполагая, что первые водители заметили впереди препятствие. Социальное доказательство, с которым сталкиваются водители, находящиеся позади, кажется им очевидным — четыре идущие друг за другом машины, все с включенными сигналами поворота, пытаются резко свернуть на соседнюю полосу. Начинают мигать новые сигнальные огни. К этому времени социальное доказательство становится неоспоримым. Водители, оказавшиеся в конце колонны, не сомневаются в необходимости перехода на другую полосу: «Все эти парни впереди, должно быть, что-то знают». Водители настолько сосредоточены на попытках протиснуться на соседнюю полосу, что даже не интересуются действительным положением на дороге. Неудивительно, что возникает авария.

Неверные данные заставляют принцип социального доказательства давать нам дурной совет в двух ситуациях. Первая имеет место тогда, когда социальное доказательство было сознательно фальсифицировано. Такие ситуации специально создаются эксплуататорами, стремящимися создать впечатление — к черту реальность! — что масса действует таким образом, каким эти эксплуататоры хотят заставить действовать нас. Механический смех в телевизионных комедийных шоу является одним из вариантов сфабрикованных с подобной целью данных. Таких вариантов существует множество, причем часто мошенничество бывает поразительно очевидным. Случаи подобного мошенничества нередко имеют место в сфере электронных средств массовой информации.

Давайте рассмотрим конкретный пример эксплуатации принципа социального доказательства. Для этого обратимся к истории одного из самых почитаемых видов искусств — оперного искусства. В 1820 году двое завсегдатаев парижской оперы, Саутон и Порчер, заставили «работать на себя» интересный феномен, получивший название феномена клаки. Саутон и Порчер были не просто любителями оперы. Это были бизнесмены, решившие заняться торговлей аплодисментами.

Открыв фирму L'Assurance des Succes Dramatiques, Саутон и Порчер стали сдавать в аренду самих себя и нанятых работников певцам и театральным администраторам, которые хотели обеспечить признание спектакля зрительской аудиторией, Саутону и Порчеру настолько хорошо удавалось вызывать бурные овации аудитории своими искусственными реакциями, что вскоре клаки (обычно состоящие из лидера — chef de claque — и нескольких рядовых — claqueurs) превратились в устойчивую традицию повсюду в мире оперы. Как отмечает музыковед Роберт Сабин (Sabin, 1964), «к 1830 году клакеры завоевали большую популярность, они собирали деньги днем, аплодировали вечером, все совершенно открыто... Скорее всего, ни Саутон, ни его союзник Порчер и подумать не могли, что разработанная ими система получит настолько широкое распространение в мире оперы».

Клакеры не хотели останавливаться на достигнутом. Находясь в процессе творческого поиска, они стали пробовать новые стили работы. Если те, кто занимается записью механического смеха, нанимают людей, которые «специализируются» на хихиканье, фырканье или громком хохоте, то клаки готовили собственных специалистов узкого профиля. Например, pleureuse должен был начинать рыдать по сигналу, bisseu — в исступлении кричать «bis», rieur — заразительно смеяться.

Бросается в глаза открытый характер мошенничества. Саутон и Порчер не считали нужным скрывать клакеров или хотя бы менять их. Клакеры часто сидели на одних и тех же местах, представление за представлением, год за годом. Один и тот же chef de claque мог руководить ими в течение двух десятилетий. От публики не скрывались даже денежные сделки. Через сто лет после зарождения системы клаки в лондонской «Музыкальной Тайме» (Musical Times) стали печатать цены на услуги итальянских claqueurs. В мире и «Риголетто», и «Мефистофеля» зрительской аудиторией с выгодой для себя манипулировали те, кто использовал социальное доказательство даже тогда, когда оно было явно фальсифицированным.

И в наше время разного рода спекулянты понимают, так же как в свое время понимали это Саутон и Порчер, какое большое значение имеют механические действия при использовании принципа социального доказательства. Они не считают нужным скрывать искусственную природу социального доказательства, которое они предоставляют, — это подтверждается низким качеством записей механического смеха на телевидении. Психологические эксплуататоры самодовольно улыбаются, когда им удается поставить нас в затруднительное положение. Мы либо должны позволить им дурачить нас, либо должны отказаться от полезных, в общем-то, автопилотов, которые делают нас уязвимыми. Однако, думая, что они поймали нас в ловушку, из которой нам не выбраться, подобные эксплуататоры ошибаются. Небрежность, с которой они создают поддельные социальные доказательства, позволяет нам оказать сопротивление.

Поскольку мы можем включать и выключать свои автопилоты по собственному желанию, мы можем двигаться, доверяя курсу, прокладываемому принципом социального доказательства, до тех пор, пока не поймем, что используются неверные данные. Тогда мы можем взять управление в свои руки, сделать необходимые поправки и вернуться в исходное положение. Очевидная искусственность социального доказательства, которое нам представляют, обеспечивает нас ключом к пониманию того, в какой момент следует выйти из-под влияния данного принципа. Таким образом, всего лишь проявив некоторую бдительность, мы сможем защитить себя.

Фильмы, содержащие специально подобранные примеры, оказывают мощное влияние на поведение детей. Такие фильмы помогают решать многие проблемы. Чрезвычайно интересное исследование провел психолог Роберт О'Коннор (О'Соп-пог, 1972). Объектами исследования являлись социально изолированные дети дошкольного возраста. Мы все встречали таких детей, очень робких, часто стоящих в одиночестве в отдалении от скоплений своих сверстников. О'Коннор считает, что в раннем возрасте у таких детей формируется устойчивая модель изоляции, которая может создавать трудности для достижения социального комфорта и приспособления во взрослом состоянии. Пытаясь изменить данную модель, О'Коннор создал фильм, который включал в себя одиннадцать различных сцен, снятых в обстановке детского сада. Каждая сцена начиналась показом необщительных детей, сначала лишь наблюдающих за какой-то социальной деятельностью своих сверстников, а затем присоединяющихся к товарищам к восторгу всех присутствующих. О'Коннор выбрал группу особенно замкнутых детей из четырех детских дошкольных учреждений и показал им фильм. Результаты были впечатляющими. Посмотрев фильм, считавшиеся замкнутыми дети стали гораздо лучше взаимодействовать со сверстниками. Еще более впечатляющим было то, что О'Коннор обнаружил, когда вернулся для наблюдения через шесть недель. В то время как замкнутые дети, которые не видели фильма О'Коннора, оставались, как и прежде, социально изолированными, те, кто посмотрел фильм, теперь были лидерами в своих учреждениях. Похоже, что двадцатитрехминутного фильма, увиденного лишь однажды, было достаточно для того, чтобы полностью изменить неадекватную модель поведения. Таково могущество принципа социального доказательства.

...
Защита

Мы начали эту главу рассказом о сравнительно безвредной практике записей смеха на магнитофонную ленту, затем мы перешли к обсуждению причин убийств и самоубийств — во всех этих случаях главную роль играет принцип социального доказательства. Как же мы можем защитить себя от такого мощного орудия влияния, действие которого распространяется на столь широкий спектр поведенческих реакций? Ситуация осложняется пониманием того, что в большинстве случаев нам не требуется защищать себя от информации, которую дает социальное доказательство (Hill, 1982; Laughlin, 1980; Warnik & Sanders, 1980). Предлагаемый нам своего рода совет относительно того, как нам следует действовать, обычно является логичным и ценным. Благодаря принципу социального доказательства мы можем уверенно проходить через бесчисленные жизненные ситуации, не взвешивая при этом постоянно все «за» и «против». Принцип социального доказательства обеспечивает нас изумительным устройством, подобным автопилоту, который есть на борту большинства самолетов.

Однако и с автопилотом самолет может отклониться от курса, если информация, заложенная в контрольную систему, является неверной. В зависимости от масштабов ошибки последствия могут иметь различную степень серьезности. Но поскольку автопилот, предоставляемый нам принципом социального доказательства, чаще является нашим союзником, чем врагом, мы вряд ли захотим отключить его. Таким образом, мы сталкиваемся с классической проблемой: как использовать инструмент, который приносит нам пользу и одновременно угрожает нашему благополучию.

К счастью, эту проблему можно решить. Поскольку недостатки автопилотов проявляются, главным образом, тогда, когда в контрольную систему закладываются неверные данные, необходимо научиться распознавать, когда именно данные являются ошибочными. Если мы сможем почувствовать, что в данной конкретной ситуации автопилот социального доказательства работает на основе неточной информации, мы сумеем выключить механизм и взять контроль над ситуацией в свои руки, когда это будет необходимо.

Конечно, не только люди, работающие на телевидении, используют принцип социального доказательства для извлечения прибыли. Наша склонность считать, что действие является правильным, если его совершают другие, эксплуатируется в самых разнообразных обстоятельствах. Бармены часто «солят» свои блюда для чаевых несколькими долларовыми банкнотами в начале вечера. Таким образом они создают видимость того, что предыдущие посетители якобы оставили чаевые. Отсюда новые клиенты делают вывод, что им тоже следует дать чаевые бармену. Церковные привратники иногда «солят» корзинки для сбора пожертвований с той же целью и добиваются того же положительного результата. Известно, что евангельские проповедники часто «засевают» свою аудиторию специально подобранными и подготовленными «звонарями», которые в конце службы выходят вперед и вносят пожертвования. Исследователи из университета штата Аризона, проникшие в религиозную организацию Билли Грэхема, стали свидетелями предварительных приготовлений перед одной из его проповедей, проводящейся в ходе очередной кампании. «К моменту прибытия Грэхема в какой-либо город армия из шести тысяч завербованных людей обычно уже ждет инструкций о том, в какие моменты следует выходить вперед, чтобы создать впечатление массового движения» (Altheide & Johnson, 1977).

Рекламные агенты любят сообщать нам, что продукт «удивительно быстро раскупается». Не нужно убеждать нас в том, что продукт хорош, достаточно лишь сказать, что так думают многие. Организаторы благотворительных телевизионных марафонов посвящают, казалось бы, неоправданно большую часть времени бесконечному перечислению зрителей, которые уже пообещали сделать вклады. Идея, которая должна быть донесена до сознания уклоняющихся, ясна: «Посмотрите на всех тех людей, которые решили дать деньги. Должно быть, и вам следовало бы сделать это». В разгар всеобщего увлечения стилем диско некоторые владельцы дискотек фабриковали своего рода социальные доказательства престижности своих клубов, создавая длинные очереди из ожидающих, в то время как в помещениях места было более чем достаточно. Продавцов учат сдабривать партии товара, выброшенные на рынок, многочисленными сообщениями о тех людях, которые приобрели данный продукт. Консультант по продажам Каветт Роберт на занятиях с продавцами-стажерами говорит так: «Поскольку 95% людей являются по своей природе имитаторами и только 5% — инициаторами, действия других убеждают покупателей больше, чем доказательства, которые мы можем им предложить».

Многие психологи изучали действие принципа социального доказательства, использование которого иногда дает поразительные результаты. В частности, Альберт Бандура занимался разработкой способов изменения нежелательных моделей поведения. Бандура и его коллеги доказали, что можно избавить страдающих фобиями людей от их страхов потрясающе простым способом. Например, маленьким детям, боявшимся собак, Бандура (Bandura, Grusec & Menlove, 1967) предложил просто наблюдать за мальчиком, который весело играл с собакой, по двадцать минут в день. Этот наглядный показ привел к таким заметным изменениям в реакциях пугливых детей, что после четырех «сеансов наблюдения» 67% ребят выразили готовность забраться в детский манеж с собакой и оставаться там, лаская и почесывая ее, причем даже в отсутствие взрослых. Более того, когда исследователи через месяц снова оценили уровни страха у этих детей, они выяснили, что улучшение за этот период не исчезло; фактически дети охотнее, чем когда-либо, «общались» с собаками. Важное практическое открытие было сделано в ходе второго исследования Бандуры (Bandura & Menlove, 1968). На этот раз были взяты дети, которые особенно боялись собак. Для того чтобы уменьшить их страхи, были использованы соответствующие видеоролики. Их показ оказался таким же эффективным, как реальная демонстрация смелого мальчика, играющего с собакой. Причем наибольшую пользу принесли те ролики, в которых было показано несколько детей, играющих со своими собаками. Очевидно, принцип социального доказательства работает лучше всего, когда доказательство обеспечивается действиями множества других людей.

Для того чтобы выяснить, почему записанный на магнитофонную ленту смех настолько заразителен, нам нужно сначала понять природу еще одного мощного орудия влияния — принципа социального доказательства. Согласно этому принципу, мы определяем, что является правильным, выясняя, что считают правильным другие люди. Мы считаем свое поведение правильным в данной ситуации, если часто видим других людей, ведущих себя подобным образом. Думаем ли мы о том, как поступить с пустой коробкой из-под воздушной кукурузы в кинотеатре, какую скорость развить на определенном отрезке шоссе или как взяться за цыпленка на званом обеде, действия тех, кто нас окружает, будут во многом определять наше решение.

Тенденция считать действие правильным, если таким же образом действуют многие другие, обычно хорошо работает. Как правило, мы совершаем меньше ошибок, когда действуем в соответствии с социальными нормами, чем тогда, когда противоречим им. Обычно, если что-то делает масса людей, это правильно. В этом аспекте принципа социального доказательства заключается одновременно его величайшая сила и главная слабость. Как и другие орудия влияния, данный принцип обеспечивает людей полезными рациональными методами определения линии поведения, но, в то же самое время, делает тех, кто эти рациональные методы применяет, игрушками в руках «психологических спекулянтов», которые залегли в ожидании вдоль тропы и всегда готовы броситься в атаку.

В случае с записанным на магнитофонную пленку смехом проблема возникает, когда мы начинаем реагировать на социальное доказательство в такой бездумной и рефлексивной манере, что нас можно одурачить посредством необъективного или фальшивого свидетельства. Наша глупость заключается не в том, что мы используем смех других, чтобы помочь себе решить, что является смешным; это вполне логично и соответствует принципу социального доказательства. Глупость имеет место тогда, когда мы поступаем таким образом, слыша явно искусственный смех. Каким-то образом одного звука смеха оказывается достаточно для того, чтобы рассмешить нас. Уместно вспомнить пример, в котором речь шла о взаимодействии индюшки и хорька. Помните пример с индюшкой и хорьком? Поскольку определенный звук «чип-чип» ассоциируется у индюшек-наседок с новорожденными индюшатами, индюшки проявляют заботу о своих птенцах или игнорируют их исключительно на основе этого звука. Вследствие этого можно обманом заставить индюшку проявлять материнские инстинкты по отношению к чучелу хорька, пока проигрывается записанный звук «чип-чип» индюшонка. Имитации этого звука достаточно, чтобы «включить» у индюшки «магнитофонную запись» материнских инстинктов.

Этот пример прекрасно иллюстрирует взаимоотношения между среднестатистическим зрителем и проигрывающим фонограммы смеха телевизионным ведущим. Мы настолько привыкли ориентироваться на реакцию других людей при определении того, что является смешным, что нас также можно заставить отреагировать на звук, а не на сущность реального явления. Точно так же как звук «чип-чип», отделенный от реального цыпленка, может побудить индюшку проявить материнскую заботу, так и записанное «ха-ха», отделенное от реальной аудитории, может заставить нас смеяться. Телевизионные ведущие используют наше пристрастие к рациональным методам, нашу склонность реагировать автоматически, основываясь на неполном наборе фактов. Они знают, что их записи запустят наши записи. Щелк, зажужжало.

Почему же тогда записанный на магнитофон смех столь популярен у телевизионных ведущих? Они добились высокого положения и великолепного жалованья, зная, как дать публике то, что она хочет. Тем не менее телеведущие часто пользуются фонограммами смеха, которые их аудитория находит безвкусными. Причем они делают это вопреки возражениям многих талантливых артистов. Требование убрать записанную на пленку «реакцию зала» из телевизионных проектов часто выдвигается сценаристами и актерами. Подобные требования выполняются далеко не всегда, и, как правило, дело не обходится без борьбы.

Чем же так привлекает телевизионных ведущих записанный на магнитофонную ленту смех? Зачем эти проницательные и испытанные профессионалы защищают практику, которую их потенциальные зрители и многие творческие личности находят оскорбительной? Ответ на этот вопрос одновременно простой и интригующий: опытным телевизионным ведущим известны результаты специальных психологических исследований. В ходе этих исследований было выяснено, что записанный на магнитофонную ленту смех заставляет аудиторию смеяться дольше и чаще, когда подается юмористический материал, а также заставляет оценивать этот материал как более смешной (Fuller & Sheehy-Skeffington, 1974; Smyth & Fuller, 1972). Кроме того, исследования показывают, что записанный на магнитофонную пленку смех наиболее эффективен при неудачных шутках (Nosanchuk & Lightstone, 1974).

В свете этих данных действия телевизионных ведущих приобретают глубокий смысл. Включение фонограмм смеха в юмористические программы повышает их комический эффект и способствует правильному пониманию шуток телезрителями даже тогда, когда представленный материал отличает низкое качество. Удивительно ли, что на телевидении, непрерывно выдающем на «голубые экраны» множество грубых поделок типа комедий положений, так часто используется записанный на магнитофонную пленку смех? «Воротилы» телевизионного бизнеса знают, что делают!

Но, разгадав секрет столь широкого применения фонограмм смеха, мы должны найти ответ на другой, не менее важный вопрос: «Почему записанный на магнитофонную ленту смех так сильно действует на нас?» Теперь уже не телевизионные ведущие должны казаться нам странными (они действуют логично и в своих собственных интересах), а мы сами, телезрители. Почему мы особенно громко смеемся над комическим материалом, подающимся на фоне механически сфабрикованного веселья? Почему мы вообще находим смешным этот комический мусор? Постановщики развлекательных программ на самом деле не дурачат нас. Любой может узнать искусственный смех. Он настолько вульгарен и фальшив, что его невозможно перепутать с настоящим. Мы отлично знаем, что бурное веселье не соответствует качеству шутки, за которой оно следует, что атмосфера веселья создается не настоящей аудиторией, а техником за контрольным пультом. И тем не менее эта явная подделка действует на нас!

Потому что это полезное свойство: уметь воздерживаться от категорических выводов при недостаточной информации. Это свойство полезно тем, что побуждает восполнять пробелы в своей осведомлённости и честно искать нужную информацию, вместо того, чтобы пороть чушь с умным видом. И оно очень хорошо характеризует действительный интеллект, который не стоит путать с эрудицией.

И в данном плане тот дремучий армейский паренёк – несоизмеримо, качественно выше по интеллекту, нежели многие и многие представители т.н. «научной и творческой интеллигенции». Которые обожают всерьёзку, с пафосом и невероятным апломбом витийствовать о вещах космического масштаба и указывать пути к решению глобальных проблем своими многомудрыми перстами. При этом, естественно, имея очень смутные представления о жизни в стране и галактике за пределами своей халупки-распашонки да своего научного или творческого коллектива из таких же эразматиков резонёрских. :-)

Самое смешное, что они не понимают, как бывают смешны. Впрочем, нет: не самое. Самое смешное – когда в пылу дискуссии они приводят решающий аргумент: у меня, между прочим, IQ – 163. А у Вас?

Что тут ответить? Надменно задрать челюсть и поведать, что с вершин истинного разума различие между 163 и 63 – не слишком-то заметное? Потому что если дать по пять правильных ответов – будет 1000, а если по шесть – 1200, и нет предела совершенству?

Лучше просто посмеяться, по-доброму. Ибо это впрямь забавно, когда человек, стремясь похвастаться умом и сообразительностью, козыряет тем, что брейн-тестеры обзывают «пограничной интеллектуальной достаточностью».

Дорогой читатель! Никогда не уподобляйтесь подобным напыщенным умникам. Возможно, когда-то и вас разводили с этими тестами, и вы набрали там 170-180, что-нибудь такого порядка. Бывает. Да, и на старуху бывает проруха. Но теперь вы знаете, зачем на самом деле нужны эти примитивные с виду задачки и как они используются во взрослых играх. Не давайте больше себя обмануть. А если когда-то прокололись на тесте IQ и по наивности выдали значение меньше 200 – лучше молчите о таком конфузе. :-)

© Артем Ферье

Источник:My WebPage

Да знаете, господа, «ощущение натуральности или ненатуральности» - вещь непростая. Комплексная. Складывается из анализа многих-многих признаков, совпадений и нестыковок, базируется на общем представлении субъекта о реальности, которые сами по себе бывают не всегда реалистичными, мягко говоря. Например, иные читатели называли мои спецкоровские заметки про наши эпические битвы за гармонию мира – «невразумительным и неправдоподобным трэшовым бредом закомплексованного лузера, застрявшего в своих примитивных пубертатных фантазиях». Но я-то знаю, что я в-сам-деле супергерой, почти небожитель, езжу на джипе «Фольксваген-Туарег», со ста метров сбиваю одной автоматной очередью пять яблок в полёте, а главное – никогда не вру! Это политическая документалистика на российском телевидении – «неправдоподобный трэш», а в моих записках – всё чистая правда. Проблема же этих читателей-скептиков в том, что они просто жизнь мало знают, как она есть, людей реальных не видели – но берутся судить (квакают с болотной кочки своего IQ в жалкие 190 баллов). :-)

Вот так и тут: дьявол в деталях, но чтобы его там найти – надо не только знать, какими бывают детали (и дьяволы), но и уметь учитывать все мелочи, без шор, без изначальной установки на «важные» и «не особо важные» признаки. Потому что глупо загадывать, что и для какой цели может оказаться важным. Если вы занимаетесь составлением биологического справочника – там имеет значение, что жираф – млекопитающее, а страус – птица. А если у вас есть информация, что названия животных могут использоваться как акронимы тех или иных аббревиатур, то для вас будет важнее, что страус имеет две буквы «с» и может означать, соответственно, СС. Например, вот последнее послание профессора Плейшнера из Берна, которое утаил от нас Юлиан Семёнов: «Зарулил в зверинец. Видел страусов. Выпил йаду». Вроде – и ничего необычного, но Штирлиц всё понял. :-)

Но, конечно, «шапиёнское послание Дуняши» - несколько утрировано, для наглядности. Так тупо подобные вещи и в Первую Мировую не оформлялись. Тем более – в наши дни шифровальное дело имеет совсем другой вид. И аналитик не столько над самими шифровками бьётся (при грамотном ассиметричном шифровании – это как головой об стену: без малейшего, даже гипотетического шанса на взлом), сколько выявляет закономерности между, скажем, посещением какого-нибудь завода министром обороны и интенсивностью коммерческого кодированного трафика от фирмы, производящей уборку мусора на территории этого завода, в адрес той, у которой она закупает уборочную технику.

И если выявит – там уж начинается игра на интерес. Там, конечно, не бывает наивных картинок вроде: «математический гений-аутист посмотрел на ряды цифр и сразу просёк фишку». Там имеют место более действенные меры: незаметный перехват закрытых ключей, их подмена, всякое такое. Криптоаналитика – само собой, задействуется, но не в ней главный козырь. В общей аналитике, которая работает с вещами более разнообразными и сложными, нежели ряды цифр и математические алгоритмы.

И ясно, что аналитику, для составления общей картины и поиска закономерностей – требуется не только «многомерный» интеллект, не только чудовищная память, но и практически неограниченный доступ к информации. Это огромная власть и огромная ответственность за судьбы Вселенной. Значительно выше, чем у министра обороны или у формального руководителя спецслужбы. И это объяснимо, это справедливо: они-то, «свадебные генералы», в своё время давали «единственно верные» ответы в тестах IQ. Баллов по полтораста набирали – и хорош (я не имею в виду Иванова и Патрушева… по понятным причинам).

Правда, возвращаясь к вопросу о «жирафо-утко-страусе», вспомнился случай, когда человек, давший на него только один ответ – всё равно очаровал «приёмную комиссию» той мега-шарашки, которую я в своих опусах ласково величаю «наша газетёнка».

Паренёк был только-только из армии, в плане эрудиции – довольно-таки дремучий. И когда ему предложили выбрать лишнее из «утка-жираф-страус-моа-фламинго», он написал:
«Хер знает. Моа, наверно. Потому что я без понятия, чо это за фигня и с чем его едят. А остальных – знаю».

Тут он сработал по действительно единственно верному для себя критерию: пока не узнает, что такое моа, – отвечать на вопрос бессмысленно. Значит, для него – лишний в данном случае моа. Парня приняли, причём сразу – в высшее, элитное спецкоровское подразделение.

Поэта Вельячко? Согласен, за такие стихи очень даже полезно повесить, в отместку за обесчещенную музу и ради чистоты культуры. Но на ход войны это влияния не окажет. Поэт не шпион – он просто идиот, и вирша его не несёт никакой смысловой нагрузки.

Якова Марковича, злоупотребляющего связями в своём обществе содействия флоту? Да ну, не будем антисемитами, господа! :-)
Подумаешь: совпало так, что тётя Песя к нему приехала именно с пятью мопсами и именно на неделю. Проверить-то, конечно, проверим. Но не станем искать лёгких путей по «главному критерию» - упоминание цифр в телеграмме.

То же касается и охламона-анархиста. Студент Митя Митяев, эпатажный неврастеник, попросту «пиарится» перед приятелями по своему крамольному кружку. В надежде, что его схватят опричные сатрапы режима и будут «томить в мрачных застенках», пока не разберутся. Дня три, а то и пять. Можно, конечно, всыпать ему розог, за такие шутки и за отвлечение занятых людей от дела, но воспитание дурной молодёжи – не входит в задачи военной контрразведки.

А вот письмецо от Дуняши… тут любой аналитик сразу примется потирать ручки: «Гы-гы-гы, какая смешная тётенька».

И дело не в цифрах. Дело в том, что все приведённые послания выглядят более или менее естественно, с учётом менталитета авторов, а это – выбивается из ряда.
Во-первых, чего это Дуняша пишет подруге такую фигню? Да ещё и так по-идиотски ненатурально? Её письмо похоже на что угодно, но только не на плач пропащей женщины, подавленной тяготами бытия.

Во-вторых, чего это она пишет в целом грамотно, подозрительно грамотно для тёмной официантки, но кое в каких словах, самых простых словах – ляпает очень странные ошибки? А зачем она это делает? И что мы имеем с этих слов? Ну-ка, выпишем их.

Бой. Овца. Голод. Плюс. Победила. Слабая. И ещё – ДЛЯ. Тут очень трудно сделать ошибку, поэтому Дуняша просто выделила это слово.

Начинаем метать бисер букв. Синонимы-антонимы, анаграммы-палиндромы – и прочие досужие псевдолитературные развлечения. Рано или поздно придём к мысли: а не перевести ли эти слова, скажем, на английский? Переводить будем, разумеется, по-простому, без вычурности. В конце концов, у них должна быть достаточно простая и однозначная система кодирования: поэтические навороты и раритетные лексемы тут не прокатят.

Бой – combat, battle
Овца - sheep
Голод – hunger
Для – for
Плюс… да так и будет: plus
Победила – won
Слабая – weak

Кхм… и к чему бы это? Battle… Combat… Sheep… Боевая овца? Чего только не узнаешь из шпионских донесений о своей армии и её вооружениях! Забавно: Battle sheep… Или, может, battleship? Линкор? А вот это уже интереснее.

«Так-съ! – думает башковитый штабс-капитан из контрразведки (они тогда со словоерсами думали) – Значитъ, методъ у них не буквальный, а фонетическiй, по созвучiю. Sheep – ship, чуть по-разному произносится, но близко и понятно. Учтём-съ»

Hunger. Голод. А это тут с какого боку? Может – hangar, ангар? Действительно, док, ангар – какая разница?

И какой у нас ангар? «Для» - for. Ну это ясно, что four – четыре. Странно: мы-то знаем, что в пятом линкор стоит. Правда, plus и won. Произносится – уан. Как и one – один. Четыре плюс один. Пять. Теперь всё встало на место, то самое место, где покоится боевой дредноут.

Weak? Уик? Ну это уж семечки. Конечно, week – неделя.

А если глянуть ещё чуть внимательней, станет ясно, что Дуняша имеет привычку разделять фразы тайного послания восклицательными знаками, а слитность слов и понятий, ключи к которым даёт в разных предложениях – обозначает отточием.

Получаем:
Battleship. Hanger 4+1=5. Week

То бишь:
Линкор. Док 5. Неделя.
Что и требовалось доказать.

Дуняша, ты попала… Ты очень интересная чудачка. И мы уж молчим о такой странности в твоей биографии, как переезд из Петрограда в Находку и работа официанткой в кабачке для флотских офицеров после Смольного-то института.

Кто-то заметит: но всё-таки, ведь речь идёт о некоем главном признаке – общем ощущении ненатуральности, абсурдности письма, наигранности этих излияний Дуняши?

А как на самом деле отвечать про жирафчика надо было? Да как понял вопрос. И если не понял, что единственно верного ответа тут заведомо быть не может – извини, не судьба, значит. Но прикинь, сколько б ты косяков напорол в реальной работе и реальной власти, при таком-то носорожьем подходе к теме?

Ответы же приветствуются примерно такие:

Отметьте лишнее:
Утка
Жираф
Страус
Моа
Фламинго

Ответ:

1. Лишний - жираф, по уже означенной причине: зверь он.
2. Лишняя – утка: у всех остальных длинная шея.
3. Лишний – моа: это вымершее животное, а остальные – ныне цветут и пахнут.
4. Лишняя – утка: в ней есть буква «к», а в остальных нет.
5. Лишний – страус: в нём повторяется буква, в остальных нет.
6. Лишний – фламинго: это поэтический символ, а остальные – не очень.
7. Лишний – жираф: ему посвятил стих поэт Гумилёв, а остальным – нет.
8. Лишняя – утка: она обитает повсеместно, а остальные – имеют ограниченные и экзотические ареалы.
9. Лишний – моа: в нём гласных больше, чем согласных.
10. Лишний – страус: остальные не прячут голову в песок.

Ну и так – много чего ещё можно выложить. Конечно, кое-какие из приведённых ответов представляются малость «читерскими», натянутыми. И в зачёт не пойдут. Но дело-то не в баллах, у кого там 400, а кто аж 700 набрал. Главное – больше максимума. Главное – показать понимание принципа: «Выявить закономерность – похвально для школьника, но этот мир – не школа».

Требуется явить комплексность, «многомерность», как это у нас называется, мышления. То есть, способность видеть и лес, и каждое дерево в отдельности, прозревать все вещи сразу и в разрезе, вычленять признаки, моделировать в голове системы координат с десятком осей, ловить пересечения множеств, и так далее. Именно этим занимается толковый аналитик. Работает «надмозгом», в одну голову думает за весь Стэнфорд и ещё немножко за Бени (это к вопросу о подсказке в названии шкалы)

Возможно, кто-то возразит: а не есть ли суть теста в умении определять ГЛАВНЫЙ отличительный признак, то есть принадлежность к зоологическому классу, птицам или млекопитающим?

Отвечу: Ага, в этом тоже суть. В аналитики не берут людей с манией величия, уверенных в том, что они наперёд знают, какие признаки главные, а какие нет. В аналитики берут людей, которым хватает ума хотя бы для того, чтобы осознать ничтожность своей информированности перед замороченностью картины мира. Или вы думаете, Сократ просто так брякнул это своё «я знаю, что ничего не знаю»? В припадке дешёвого самоуничижения? Да нет, он себе комплимент сделал, он сказал: «я знаю…».

Практический пример, касательно «ключевых» и «побочных» признаков.

Война. В порт вошёл подраненный линкор. Встал на ремонт в док номер пять. Предположительный срок ремонта – неделя.

Жители города шлют телеграммы и письма.

Поэт Вельячко пишет в редакцию патриотического журнала, где главред – выявленный агент противника:

«Над морем пушки грохотали
Линкор наш плыл в последний бой
Из боя вышел он изранен
Но со взнесённой гордо головой.

Яков Маркович, почётный председатель общества «Обыватели – в помощь флоту», пишет родичам в Америку:
«Приехала тётя Песя. С пятью своими мопсами. Погостит недельку».

Дуняша, официантка из ресторана «Весёлый дом», пишет подруге:

«Хозяин сильно ругает. Говорит, у меня много бойу посуды… Овтса, говорит, безрукая. Уволюсь, пожалуй, к чёрту! Да только как бы не помереть с голаду? Но и не знаю даже, чего жить ДЛЯ… Не вижу никакого плюссу от такого житья… Сдаётся мне, побидила меня эта жизнь! Слабайа я.»

Студент-анархист Митя Митяев пишет в посольство нейтрального государства:

«11-45-74-82-73-21…» - и ещё много загадочных цифр.

Кого будем арестовывать и вешать за измену? (вообще-то, никого – выявленного агента не спешат палить, покуда он полезен для игр с дезой – ну да это нюансы)

Но американцы тоже приложили руку: уже в ходе Первой Мировой войны систему Бине доработал Л.М. Терман из Стэнфордского университета. Эта концепция, получившая название «Шкала интеллекта Стэнфорда-Бине», применяется и поныне в практически неизменном виде. Замечу, немного забегая вперёд, её название не настолько тривиально, как может показаться. В действительности, в нём содержится подсказка, как правильно решать эти тесты. Пока же – обратите внимание: не Термана-Бине, а Стэнфорда.

Нельзя согласиться и с тем, что путём многократных упражнений индивид может довести сумму своих баллов до 140 и даже 150. Нет, это невозможно. Во всяком случае, не такие индивиды интересуют главного юзера этих тестов – разведслужбы. Их интересуют индивиды, которые в принципе не могут набрать МЕНЬШЕ ДВУХСОТ.

Кто-то возмутится: ну, это вы, батенька, загнули! Ведь 200 – абсолютный максимум. Получается, их, маньяков этих из разведслужб, интересуют только те, кто вообще ошибок не делает, ни в едином вопросе, и на каждый – даёт единственно верный ответ?

Отвечу: нет, те, кто не делает ошибок ни в едином вопросе, даёт единственно верный ответ на каждый вопрос и набирает в сумме 200 баллов – тоже не интересуют разведслужбы. Их интересуют те, кто набирает БОЛЬШЕ 200 баллов. Те, кто принципиально не согласен с мыслью о наличии некоего «потолка интеллекта». И те, кто видит: на каждый из предложенных вопросов можно дать не один верный и логичный ответ, а несколько. И вопросы составляются так, чтобы это было не сразу и не всем очевидно. Но в этом и есть главный критерий отбора.

Тут, кстати, имеется один принципиальный момент. Одно дело, когда вы тестируете свой интеллект на каком-нибудь досужем сайте и там у вас нет иной возможности, кроме как поставить галочку в одном из заданных чекбоксов. Но серьёзные люди так не тестируют. Они дают буклет с вопросами – и несколько чистых листов. И говорят: «Пишите ответы, время - полчаса». А больше – ничего не говорят. Но я, поскольку парень обречённый и терять мне нечего, сейчас скажу, что они при этом имеют на уме.

Поясню на примере. Вот типовой вопрос:

Отметьте лишнее:
Утка
Жираф
Страус
Моа
Фламинго

Первая мысль, которая приходит в голову: лишний – жираф. Потому что он млекопитающее, а все остальные – птицы. И того, кто ответит так и только так – конечно, погладят по головке, дадут конфетку… и запишут в его личном деле зашифрованный диагноз, которого бедняга никогда не узнал бы, кабы не я со своими откровениями. Диагноз - «пограничная интеллектуальная достаточность».

Это не так плохо. Это сгодится для большинства профессий и карьер в обществе. Такой диагноз не препятствует служебному росту, обретению званий, регалий, руководящих постов, учёных степеней. Единственное, к чему он напрочь закрывает доступ – к работе в системно-аналитических центрах, в элитной агентуре и вообще в те круги, которые по-настоящему принимают решения. Об этом не будет даже и речи.

Полагаю, многие топ-менеджеры, что коммерческие, что «государственные», многие высокопоставленные генералы вооружённых сил и спецслужб читают сейчас мои откровения со смешанным и едва ли приятным чувством. Хмурятся: помню я такие тесты, и помню, что про жирафа именно так и ответил. А как ещё-то? И это что ж – у меня «пограничная интеллектуальная достаточность»? У МЕНЯ?

Фыркну: а ты как думал, родное сердце? Уж поверь дяде Тёме: я-то твоё личное дело видел. Впрочем, тебя это парит? Живёшь, вроде, не в хрущобе, жрёшь-пьёшь достойно, да ещё проблемами суровыми тебя не грузят. Так чего тебе ещё, лапочка?

Но ведь, если это произойдёт, то ясно, что на этом процесс дробления не остановится. Следующим шагом будет деление на ещё более мелкие группы – «рязанцев», «смолян», «брянцев» и т.п. – т.е. фактический переход к феодальной раздробленности формально единой Руси 13 века. Что, как известно, тогда весьма плачевно закончилось. А ещё хуже может закончиться теперь – исчезновением и России, и Русского Народа, а затем – и всех прочих «равноправных народов», которым никто не собирается позволять жить на столь «перспективной для освоения» территории.

Владимир Владимирович, неужели Вы не понимаете, что продолжаемая сегодня в РФ «ельцинская» национальная политика ведёт именно к этому неминуемому результату?! Вы не боитесь, что русские люди, которым всячески запрещают быть и даже называться русскими; которых дискриминируют за то, что они – русские; которым власть каждым своим действием внушает, что «Это государство - против вас, эта страна – для кого угодно, кроме вас», могут в один прекрасный день ПОВЕРИТЬ, что это действительно так?! А, поверив, махнуть рукой на эту теперь «чужую» и даже «враждебную» им Российскую государственность, и начать просто выживать сомостоятельно, борясь НАСМЕРТЬ за территорию и ресурсы со всеми этими тейпами, общинами, диаспорами, племенами и прочими «равноправными народами». По принципу «око за око».

В итоге Россия будет разорвана на клочья. Или русские просто махнут на неё рукой и уйдут, и тогда, без них, Россия КОНЧИТСЯ. Потому что, как говаривал славный советский маршал Иван Христофорович Баграмян, «если в дивизии менее 60% русских, её надо расформировывать – она небоеспособна». Вот и Россию при аналогичном процентном отношении русских тоже – придётся «расформировывать». Я никак не думаю, что Вас прельщает подобная перспектива. Как и сомнительная «честь» войти в российскую историю «вторым Горбачёвым», имя которого наши потомки будут писать через запятую с Иудой Искариотом, генералом Власовым и прочими предателями Отечества. Значит – надо РЕШИТЬСЯ и СДЕЛАТЬ СВОЙ ВЫБОР.

Как говаривал часто цитируемый Вами Столыпин, «Народ, утративший национальное самосознание, есть навоз, на котором произрастают другие народы». Поверьте на слово: мы, русские, совсем не хотим быть таким «навозом» и сделаем ВСЁ, чтобы им не стать. А потому никогда не пойдём за теми вождями, которые захотят нам подобной судьбы.

Поэтому решайте сами – ЧЕЙ Вы Национальный Лидер. Время не ждёт.

Источник: My WebPage

Так вот, придя к власти с опорой не только на малочисленный пролетариат, но и на антирусски настроенные этнические течения, большевики прекрасно понимали, что «становым хребтом» ненавидимой ими Империи являлся именно Русский Народ. А потому - чётко сформулировали основы дискриминационной политики, проводимой в отношении РУССКИХ, как Народа: «Большая нация ОБЯЗАНА добровольно пожертвовать своими правами в интересах малых наций. И в этом есть истинно-большевицкий подход к делу». (В.И.Ленин, «О национальностях»,1922 год).

Изменился этот «истинно-большевицкий подход» только в «сталинский» период, когда, готовясь к недалёкой войне, приступили вместо «мировой революции» к построению «социализма в отдельно взятой стране», и строящейся «красной Империи» снова срочно понадобился «становой хребет». Русские были реабилитированы, преподавание истории с середины 30-х возобновлено, а Суворов, Минин, Пожарский и многие другие из «царских сатрапов» вновь стали национальными героями. Не было бы этого, не было бы и победы СССР в Великой Отечественной войне. Да и всего остального ВЕЛИКОГО – тоже не было бы. Как не было бы и относительно благополучных межнациональных отношений позднего СССР, которые многие, вспоминая о них с ностальгией, ошибочно считают воплощением «марксистско-ленинской национальной политики». Не к ночи будь помянута…

Так что, Владимир Владимирович, Вы уж, пожалуйста, определитесь: что есть для Вас Россия. Либо «полено в топке» - только на сей раз не «мировой революции», а «всеобщей глобализации». Либо - «русско-имперская государственность», где государствообразующая роль Русского большинства признаётся, но при этом вместо формального «равенства народов» гарантируется реальное равенство граждан, независимо от этнической принадлежности, на всей территории страны. И уже тогда, в соответствии с этим, выстраивайте национальную политику – либо по «истинно-большевицкому» подходу, либо – по «имперскому».

Третьего не дано. Потому что предлагаемый либералами вариант «национального государства западного типа» - это ведь тоже разновидность «полена в топке». Сегодня все такие государства переживают кризис под напором инокультурных общин. Которые, назвавшись «немцами» или «французами», вовсе не собираются интегрироваться в чуждое им общество, а рассматривают страну пребывания исключительно в качестве «кормовой базы» для своей диаспоры, которую ещё предстоит захватить, вытеснив аборигенов.

***

Закончиться всё это многолетнее «откладывание на потом» решения «русского вопроса» может только одним: общим хаосом и полной дискредитацией самой идеи суверенной российской государственности как таковой. А потом некие хорошо известные Вам транснациональные господа скажут всем: «Ребята! Чтобы прекратить этот беспредел, выход один – объединимся в единое всемирное государство под нашим чутким руководством. Ведь что вас всех объединяло? Общие законы, язык общения и государственность? Так всё останется, как раньше, только государственность будет другая – всемирная, и язык общения один - английский. Да вы и разницы никакой не почувствуете!» И тогда – всё: никаких тебе национальных государственностей, национальных культур, этнической и религиозной самобытности: всё очень просто и рационально – «овцы» и «пастухи», имеющие право их стричь, а при необходимости – резать. К этому исходу и ведут сегодня так бездумно копируемый нами Запад его «вожди».

Вам это не нравится?! Но ведь и нам не нравится тоже! А нельзя не заметить, что услужливо подсовываемая Вам «советниками» программа всеобщего «оброссиянивания» направлена именно на такое развитие ситуации! Вам наверняка докладывали, что в ходе последней переписи немало русских людей записались «казаками», «поморами» и т.д. Сделал они это, поддавшись вполне определённой пропаганде, которая убеждала: «В современной России у Русского народа ПРАВ НЕТ И НЕ БУДЕТ, они есть только у «меньшинств». Поэтому для русских единственный способ получить равные права, например, с чеченцами или якутами – это выйти из Русского народа и объявить себя «равноправным меньшинством» - к примеру, «казаками», «поморами», «сибиряками» или «уральцами».

Вы согласны с подобным подходом, господин Президент? А если да, то почему бы и нам в России не подойти к национальной политике так же: вместо провоцирующего взаимную неприязнь фиктивного «равенства народов», которое сегодня на деле оборачивается неравенством и дискриминацией БОЛЬШИНСТВА, перейти к реальному и вполне достижимому равенству граждан, независимо от их этнической принадлежности? Причём, на всей территории страны, включая и «национальные республики»?! Только тогда этнический русский, обладая соответствующими деловыми качествами, сможет реально претендовать на пост главы Мордовии или Татарстана, а, например, этнический татарин – на пост Президента России. И это будет, с точки зрения традиционного для России «имперского» подхода, абсолютно правильно и справедливо.

***

А теперь – пара слов о ДЕМОКРАТИИ. Как Вам прекрасно известно, у либералов - западников, ещё с гайдаровских времён, при словах «Россия – для русских» начинается самая настоящая истерика. Какой-то неуч даже занёс их в список «экстремистских высказываний». А сказал их, между прочим, император Александр Третий (Миротворец) – один из наиболее удачных наших государей за всю российскую историю. Точнее, сказал он: «Россия – для русских и по-русски». То есть, сказал, что в России ни Власть, ни политика ПРОТИВ РУССКИХ быть не могут. И что русские, по естественному «праву большинства», имеют право определять существующую в государстве систему ценностей, государственный строй и т.п. А теперь, Владимир Владимирович, давайте прочитаем ту же фразу, заменив слово «РУССКИЕ» на фактически соответствующее ему по смыслу в России слово «БОЛЬШИНСТВО». Получится «Россия – для БОЛЬШИНСТВА её населения, и такая, как хочет это БОЛЬШИНСТВО».

То есть, принцип этот абсолютно соответствует всем канонам демократии. А ведь Россия у нас по Конституции – страна демократическая? Или - нет?! Стало быть, Владимир Владимирович, это должен быть И ВАШ ПРИНЦИП, как демократически избранного президента демократической страны. Потому что «Россия – для МЕНЬШИНСТВА, и такая, как хочет МЕНЬШИНСТВО» - это олигархия, тирания, несвобода и всё что угодно, но не демократия. Даже если в стране имеются всеобщие выборы и многопартийность.

Как известно, в любом нормальном демократическом обществе существует «право большинства» и «право меньшинства». БОЛЬШИНСТВО имеет абсолютно бесспорное право устанавливать в «общем доме» правила для всех. МЕНЬШИНСТВО же имеет право, чтобы уважали его право на самобытность в местах компактного проживания, а во всех прочих местах - лишь постольку, поскольку эта самобытность не противоречит общим правилам, установленным Большинством ДЛЯ ВСЕХ. Если этого нет, то нет в стране и демократии. Или Вы считаете иначе?!

***

И, в заключение, Владимир Владимирович, ещё об одном – крайне важном. Наверняка Вам небезынтересно будет узнать, на чьих идеях зиждется сегодняшняя российская, с позволения сказать, «национальная политика». Нет, ни Византией, ни даже Российской Империей там, как я уже говорил, «и не пахнет»! В основе своей подобные подходы были сформулированы в 20-х годах прошлого века, во времена политического лидерства товарищей Ленина и Троцкого. Причём аналогия тех времён с ситуацией недавних 90-х просто потрясающая! И тогда, в 1920-е, в точности так же, как и в 1990-е, слова «патриотизм» и «Отчество» считались ругательными, космополитизм и глобализация (именуемые тогда «пролетарским интернационализмом» и «мировой революцией») были официальными идеологическими догмами, а в университетах и в школе не преподавалась история до 1917 года (если вспомнить, в каком виде она преподавалась в 90-е, то, право же, лучше бы не преподавалась вообще!).

Впрочем, иначе и быть не могло: ведь Совет набран из представителей всех возможных этносов и диаспор, русских там – всего ничего. Скажите честно: если Вам вдруг понадобится выработать стратегию развития ракетно-космической отрасли, то кого Вы посадите её разрабатывать? Уж наверно, представителей соответствующей отрасли, а не по одному представителю от аптекарей, шахтёров, стоматологов, эстрадных певцов и т.д. – «чтобы никого не обидеть» и чтобы представители «всех равноправных профессий» голосованием решали, в каком направлении развивать отечественное ракетостроение. Так почему же к выработке национальной политики Вы подходите иначе?! Ведь по логике вещей, сначала свою позицию по сути национальной политики должно заявить БОЛЬШИНСТВО населения, а затем позиции всех прочих должны (разумеется, максимально корректно и дружелюбно) быть увязаны и встроены в эту базовую конструкцию. Иначе – тупик.

Причём, вовсе не потому, что набранные в Совет представители разных «равноправных народов» - плохие или недалёкие люди. Я с некоторыми пообщался – по большей части люди хорошие, порядочные, искренне любящие свой народ. Но подчеркну – именно СВОЙ народ, этнос, тейп, род, интересы которого для них безусловно первичны, и именно их они будут отстаивать до последнего, - пусть даже ценой ущемления чьих-то чужих прав и интересов. Не потому, что народы, которые они представляют, плохие или «не любят русских». Просто все они никогда не были «государствообразующими» в имперской государственности и не имеют соответствующей «имперской ментальности», предписывающей учитывать интересы ВСЕХ, а не только своих единокровных и единоверных. И именно поэтому НИ ОДИН другой народ в России, кроме русских, быть государствообразующим просто не сможет, даже если предоставить ему такую возможность.

Значит, надо признать Русский Народ государствообразующим – ибо это будет единственное решение, ведущее к ОБЩЕЙ пользе.

***

Теперь немного о будущем - увы, не самом приятном.

Давно известно, что если младшего ребёнка в семье балуют, отбирая по первому его требованию у старшего брата лучшие куски и понравившиеся малышу игрушки, то он очень скоро превращается в избалованного эгоиста и «маленького семейного деспота», который, подрастая, начинает буквально терроризировать самих же избаловавших его родителей. Когда же те, спохватившись, пытаются его наказать, он искренне не понимает – за что, и начинает их люто ненавидеть. Но самое неприятное, что когда родители обращаются за помощью к уже сбежавшему из ТАКОЙ семьи старшему брату, тот, скорее всего, резонно ответит: «Сами избаловали его, вот сами с ним и разбирайтесь!»

В точности так же и «малые народы» до определённого момента из «шкурного интереса» будут лояльны ТАКОМУ Государству, которое в виде «платы за лояльность» создаёт им ныне привилегированное положение за счёт демонстративного ущемления прав БОЛЬШИНСТВА. Однако, очень скоро это изначально противоестественное положение вещей будет восприниматься ими, как «естественная норма». И тогда последуют требования ещё больших привилегий для себя или, напротив, ещё большего унижения и дискриминации БОЛЬШИНСТВА. А любой отказ вызовет с их стороны ощущение «ущемления национальных прав» и открытую враждебность. Страна тогда затрещит по всем швам, но вряд ли в этой критической ситуации РУССКОЕ БОЛЬШИНСТВО захочет помочь предавшему его Государству призвать к порядку обнаглевших от вседозволенности «младших братьев». И тогда России просто не станет…

Вы скажете: «А как же «равноправие народов»?!» Давайте представим себе, что в семье десять родных и приёмных детей, из которых восемь – белые, один – негритёнок и один – китаец. Согласитесь, что родителям вряд ли придёт в голову делить конфеты по принципу «сегодня все конфеты едят только белые, завтра – только негры, послезавтра – только китайцы». Потому что подобное «равноправие рас» приведёт только к одному: восемь белых детишек люто возненавидят негров и китайцев, причём - всех. Так что умные родители скажут: конфеты – на всех «едоков» поровну, независимо от расовой принадлежности. И это будет подлинное равенство – не на уровне «равноправия рас», а на уровне равноправия отдельных людей, независимо от их расы.

«Объяснение» при этом приводится самое идиотское из всех возможных: «другие народы могут обидеться». Но, согласно Переписи 2010г, татар в Татарстане -53,2%(русских – 39,7%), мордвы в Мордовии - 31,94% (русских – 60,84%), адыгейцев в Адыгее – и вовсе 24,18% (русских – 64,5%). При этом и татары, и мордва, и адыгейцы в «своих» республиках – «титульная нация», и это почему-то никого не «обижает». А вот желание русских пользоваться тем же законным правом, что и другие народы, на территории России почему-то должно «обидеть» всех. Получается, что «равноправные народы», имеющие «свои» республики и являющиеся там «титульной нацией», и тут «равнее других»?!

Ещё, согласно соответствующему закону, народы имеют право на «национально-культурную автономию», что предполагает развитие национальных культур и строительство соответствующих национально-культурных центров за счёт бюджета. Но относится это… исключительно к «определенной этнической общности, находящейся в ситуации национального меньшинства на соответствующей территории». То есть, к Русскому Народу – не относится. В итоге даже в самых что ни на есть «традиционно русских» городах можно встретить финансируемые из бюджета культурные центры любого, даже «не-коренного» для России народа (например, армян или азербайджанцев), а русского – нет, или почти нигде нет. Что, разве русская культура, ставшая основой культуры общероссийской, этого не заслужила?!

Или возьмём русскую историю. Недавно в Москве открыли самый большой и современный в мире(!) Музей еврейского народа (добавив к названию почему-то «…и толерантности», как будто толерантность применима не ко всем народам, а только к одному конкретному), на который нашлось 50 млн. долларов и место в центре Москвы. Нет, я лично ничего не имею против того, чтобы в Москве был лучший в мире музей еврейского народа, или какого-либо другого. Но скажите мне, где в Москве музей РУССКОГО НАРОДА, который, согласно любой здравой логике, просто ОБЯЗАН ТАМ БЫТЬ?! Почему его нет?! И я не уверен, что есть он где-либо ещё, в каком-либо из российских (и в т.ч. - «традиционно русских») городов. В итоге не только новые поколения «маленьких гордых народов» понятия не имеют о той истинной роли, которую сыграли русские в становлении России и создании её величия, но и сама русская молодёжь вырастает, зная об этом постольку-поскольку. Тогда чего стоят все ставшие модными ныне разговоры о «воспитании патриотизма», о «толерантности» и т.д.?!

Вы можете себе представить, чтобы в государстве Израиль не было музея еврейского народа, но при этом в Тель-Авиве был построен и с помпой открыт на пожертвования арабских шейхов самый большой и суперсовременный в мире музей одного из бедуинских племён? Вот и я тоже не могу. Потому что допустить подобное со стороны власти – это безответственность, провоцирующая межэтнические и межрелигиозные конфликты. Государствообразующее Большинство должно постоянно чувствовать, что это – ЕГО страна, где ни одно решение не принимается во вред ему, и где вся государственная политика – ЗА НЕГО, А НЕ ПРОТИВ.

И так во всём, на что ни глянь. Сегодня у великороссов отбирают даже «родовое» самоназвание – «русские» (так же, как во времена СССР отобрали его у малороссов и белорусов), принуждая именоваться лишёнными национальной принадлежности «россиянами». То есть, буквально «подданными Российской Федерации».

***

Что получим в итоге? Получим вместо ожидаемого «общенационального монолита» аналог этакого восточного забора из камней, скреплённых глиной. Где «камни» – это по прежнему единые в своём клановом интересе этносы и диаспоры, а «глина» - разобщённый и атомизированный до уровня «человекоединиц» бывший Русский Народ, которому отведена служебная роль «скрепляющей субстанции». При том, что этой безродной «глины» в «заборе» аж 80%, он просто не может быть крепким, и при малейшем внешнем воздействии развалится на куски. «Камни»-то при этом сохранятся, и даже, может быть, будут использованы в какой-нибудь новой «строительной конструкции». А вот разбитая на куски никому более не нужная «глина» станет строительным мусором, который вывезут с территории развалившейся России куда-нибудь на свалку.

Неужто Вы, Владимир Владимирович, всерьёз считаете, что согласившийся назваться «россиянином» чеченец перестанет осознавать себя чеченцем, причём – из вполне определённого тейпа? И не будет в первую очередь радеть «своим», а не какому-то там Российскому государству? Мне довелось общаться с людьми из Вашего президентского Общественного совета по национальным вопросам. Того самого, который недавно без какого-либо широкого обсуждения выдал абсолютно негодную «Национальную стратегию», а теперь просит запредельные суммы из бюджета на её реализацию.

Замените «ромеи» на «русские» и получите подход, на котором вокруг государствообразующего Русского Народа (включавшего все три его ветви: великороссов, малороссов и белорусов) строилась и Российская империя. Поэтому ассоциировать понятие «ромеи» в Византии с понятием «россияне» в России безграмотно: то, что обозначалось понятием «ромеи» в Византии, применительно к России звучало как «русские». Соответственно, «как ромеи» - это в нашей стране все, кто стремился быть «как русские»: «русские татары», «русские калмыки», «русские аварцы» и т.д. Вы же сами это цитировали из Вашего (и моего тоже) любимого Ивана Ильина, и там никаких «россиянских калмыков» не было.

А теперь ответьте честно: какой из двух подходов Вам ближе? Ведь от этого зависит – способно ли будет признать Вас Национальным Лидером, даже чисто теоретически, реальное БОЛЬШИНСТВО. РУССКОЕ большинство. Потому что, если оно им Вас не признает, признание со стороны всех остальных вместе взятых не будет иметь никакого практического значения.

***

Теперь – о нём, о БОЛЬШИНСТВЕ. Согласно «переписи-2010» 78% населения России – это РУССКИЕ, включая тех, кто самоидентифицирует себя с Русским Народом (на что имеет полное право, ибо родителей не выбирают, а кем себя считать – есть проявление свободной воли каждого). Вместе с украинцами и белорусами (которые до 1917г совершенно обоснованно считались также «русскими») – 80%. Я с огромным уважением отношусь к любому проживающему в России народу, но факт есть факт: кроме второго по численности народа России – татар (которых 3,72%!) и украинцев (около 1,45%), даже самые крупные «равноправных народов» России по численности приближаются к величине, которая в статистике именуется «статистической погрешностью» - т.е. к 1%. То есть, согласно всем международным нормам, Россия – это вообще МОНОЭТНИЧЕСКАЯ СТРАНА, где также имеется некоторое количество «национальных меньшинств». То есть, «имперский» принцип устройства – это с точки зрения самоуважения этих «меньшинств» - самый что ни на есть оптимальный!

Однако, в современной «либеральной» России, вопреки любой здравой логике, РУССКИХ не признают «государствообразующим народом», хотя и исторически, и фактическиони таковым являются. Ведущая роль РУССКИХ в создании страны и всех её достижений, включая общую для всех (русскую в своей основе) культуру, отрицается, либо принижается до уровня «одного из равноправных народов» в «многонациональном» и «мультикультурном» «российском народе», которого никогда исторически не существовало и существовать не будет!

В сегодняшней России о положении русских вообще говорить не принято, и как-то даже «неприлично» - как о смертельно больном родственнике. А между тем, всем поборникам «прав человека» впору встать на дыбы от вопиющей дискриминации по национальному принципу, которой подвергается даже не просто народ, а народ, составляющий в стране абсолютное и подавляющее БОЛЬШИНСТВО! Ведь, в точности так же, как современные курды или евреи до создания ими государства Израиль, русские являются народом, вообще лишённым собственной национальной государственности.

Некоторыеудивятся: «Как же так?! А Россия?!» Но, увы, Российская Федерация не является «государством русских» ни юридически, ни фактически. В Конституции РФ так и сказано: "Мы, многонациональный народ России… принимаем настоящую Конституцию", чем подчеркивается правосубъектность и суверенность не русского, а именно некоего "многонационального народа", состоящего из многих «равноправных народов». Из которых, правда, некоторые – «равнее других» и имеют, кроме того, ещё и свою «национальную государственность» в пределах РФ. Русский же народ (то самое БОЛЬШИНСТВО), ни разу(!) не упомянут в Конституции РФ и начисто лишен какой-либо правосубъектности. И это - в стране, созданной многими поколениями прежде всего русских людей для своих потомков, причём - ещё в те времена, когда абсолютное большинство нынешних «равноправных народов России» являлось обычными племенами, находящимися… скажем так… «на догосударственной стадии общественного развития».

Идём дальше. Согласно ФЗ "О государственной политике Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом" от 24.05.1999 г. понятие «ТИТУЛЬНАЯ НАЦИЯ» означает «часть населения государства, национальность которой определяет официальное наименование данного государства». «РОССИЯ», как известно, дословно означает именно «земля россов (русских)» или «русская земля». Но, вопреки всякой логике, объявить русских её «титульной нацией» почему-то «нельзя», хотя русские ВО ВСЕХ(!) федеральных округах (включая Южный ФО с Кавказом) составляют от 65 до 95% населения.

Что касается НАЦИИ, то Вы, вероятно, ответите, что речь идёт о «российской политической нации». Хорошо, пусть так. Но, как известно, формировать такую Нацию можно двумя взаимоисключающими способами.

Первый применялся при создании «национальных государств западного образца», и под «нацией» понимал ВСЕХ обладателей одинаковых паспортов, скрепляемых воедино только общим гражданством, законами и «языком общения». Ведь Ваши советники по национальному вопросу именно эту модель предлагают взять за основу, не так ли?! Но сегодня едва ли не все скроенные по этому принципу государства, не просуществовав и 200 лет, трещат по швам под напором инокультурных диаспор, которые, обозвавшись (раз уж так велено, чтобы получить гражданские права и «халявные» пособия) «французами» и «немцами», адаптироваться к обычаям данной страны не собираются, а напротив – всё более адаптируют её под себя. Идти этим путём – примерно то же самое, что любой ценой стремиться купить билет на отплывающий «Титаник».

Второй принцип, построенные на котором государственности стояли по 500, 1000, 1500 лет, можно назвать «имперским». В его основе – формирование Нации вокруг «государствообразующего» большинства, «стержневого народа», культура и миропонимание которого становятся основой для общенациональной культуры и общенационального миропонимания.

Так вот, Владимир Владимирович, ни для кого не секрет, что в России, начиная с 90-х, либералы пытаются реализовать именно первую из двух вышеприведённых моделей. И именно на это направлено у нас всё то, что по ошибке именуется «национальной политикой». Причём, некоторые околовластные «эксперты» даже подкрепляют данную теорию «историческими аналогиями», утверждая, что и в Византии, и в Российской империи «суперэтническая целостность» (как называл это Л.Н.Гумилёв) строилась, ЯКОБЫ, как «союз разнообразных народов и племён», объединённых общей государственностью, законами и «официальным языком общения». То есть, в итоге объективное развитие должно было привести их… к всё тому же «национальному государству западного образца»…

Не хочу Вас огорчать, господин Президент, но подобные «исторические аналогии» являются абсолютной глупостью (злонамеренной или по неграмотности - разбирайтесь сами). Потому что было всё как раз наоборот. В Византийской империи единство представителей разных племён достигалось не за счёт формального «равноправия народов» и подчинения общим законам, а тем, что все они себя считали по имени изначально государствообразующего народа «ромеями», т.е. «римлянами». Именно «ромеи» по своему «государствообразующему» праву задали для всех модель государства, общую Православную Веру (говоря по-современному, общую госидеологию), выведенные из своего «римского права» законы и общие нормы поведения, которым СЛЕДОВАЛИ ВСЕ! Разумеется, при этом за любыми народами и племенами сохранялось полная культурная самобытность, но – при условии подчинения «ромейским» законам. А их лучшим людям был открыт свободный доступ в общеимперскую элиту, вплоть до занятия императорского трона, но опять-таки при единственном условии – что они станут «как ромеи» и будут служить «державе ромеев».

При этом внешность найденной белой женщины практически не отличается от жительниц современной Перми или Рязани. Взятые образцы чудом уцелевшей органики, после генетического анализа показали, что женщина Русская. После проверки достоверности проведённых экспертиз, Кисленков намерен опубликовать отчёт о своём открытии, который возможно обеспечит ему Нобелевскую премию.

Надо сказать, что это совсем не первое подобное открытие в данной области. До Кисленкова, не вписывающуюся в прокрустово ложе современной науки находку обнаружили Британские учёные, раскопав мумию белой женщины на территории Северного Китая, проведя раскопки перед знаменитой "Китайской стеной”. И хотя та находка по сравнению с "женщиной, которой исполнился бы миллион лет” — просто "младенец”, однако и она опровергает теорию о происхождении человека с Африканского континента.

Новые данные исследований лучших генетиков со всего Мира утверждают о том, что человечество появилось одновременно на всех континентах. Также исследования показывают, что в прошлом народы были более генетически "чистыми” и активное смешение рас началось только несколько сот лет назад. Всё это ставит перед современными учёными мужами необъяснимые загадки, которые они, будем надеяться, решат в скором будущем.

Сейчас как никогда, наука стоит на пороге небывалых открытий, и познания нашего прошлого, настоящего и будущего. Все мы живём в удивительное время, когда вчерашние, казавшиеся незыблемыми постулаты, рушатся подобно карточному домику. Но тем и прекрасна жизнь, что ничего нельзя знать наперёд и наверняка. Не так ли?

Источник: My WebPage