гидрокарбонатной или щелочной, которая имеет выраженный привкус соды;
хлоридная, которая на вкус солона;
сульфатная – на вкус слегка горчит;
смешанная – сочетает в себе несколько видов минеральных соединений.



Также бутиллированная вода различается по степени минерализации:

до 1 грамма минеральных веществ на литр содержит столовая вода. Такую воду обычно предлагают жителям крупных городов разные компании по развозке воды, например, доставка воды Киев и тому подобные;
1-10 г/л содержит лечебно-столовая вода, её можно пить и без особых консультаций со специалистами;
10-35 г/л содержит лечебная вода, которую лучше пить по назначению врача.



Гидрокарбонатная вода назначается людям для нормализации белкового и углеводного баланса, она оказывает противовоспалительное влияние, понижает уровень кислотности ЖКТ и способствует активизации кишечника, выведению из организма шлаков. С её помощью можно улучшить усвоение различных витаминов и элементов.

Гидрокарбонатные воды часто назначают больным с язвой желудка и других областей ЖКТ, при хроническом цистите и иных заболеваниях мочеполовой системы, хронических гепатитах, энтеритах, панкреатитах, колитах, гастритах, патологиях печени, сахарном диабете и некоторых инфекционных заболеваниях.

Хлоридные минеральные воды оказывают активизирующее действие на пищеварительную систему, поджелудочную железу, печень, обмен веществ, сосудистую систему, нервную систему и кровь.

Сульфатные минеральные воды обладают желчегонным действием, нормализуют работу печени и помогают при застое желчи. Они оказывают благотворное влияние на белковый и холестериновый обмен. Такие воды назначают при заболеваниях печени и желчного пузыря, при сердечных болезнях, при сахарном диабете и ожирении.

Источник: My WebPage

При регулярном использовании расширяем периферийное зрение:
-это позволяет повысить скорость чтения за счет охвата большего пространства читаемого текста
-за счет освоения параллельного режима (а не сканирующего, последовательного) распознавания печатных символов.

Ограниченный угол зрения

Когда ребенок учится читать, то для него незнакомы начертания букв. Он с трудом распознает каждую букву. вместо чтения слова "кот", малыш читает к--о--т. в-о-т--к-а-к--ч-и-т-а-е-т--ч-е-л-о-в-е-к--с-у-з-к-и-м--о-в-а-т-о-м-у-г-л-о-м--з-р -е-н-и-я.

Постепенно, узнавание букв становится автоматическим, соответственно возрастает и скорость чтения. Следующим логическим шагом должно быть чтение словами и группами слов.

Узкий угол зрения - основная причина низкой скорости чтения

Узкий угол зрения позволяет видеть крошечный кусочек страницы, может быть букву, а может быть слово. Узкий угол зрения это взгляд через окно паранджи.







Источник: My WebPage

Несмотря на неимоверные усилия археологов и применение самых современных металлоискателей, ни одного существенного доказательства того, что здесь было поле битвы, так и не обнаружено.
Итоги раскопок оказались поистине удручающими. Пропахав около 25 гектар земли, археологи нашли всего-то - навсего:

Несколько наконечников стрел, которые не обязательно остались от битвы и могли принадлежать обычным охотникам.
Одно железное колечко - возможно, от кольчуги, а может быть, и нет.
Еще одну-две маленьких железки, предположительно части тяжелого доспеха. А может быть, вовсе и не доспеха, а сохи, например.

Вот, собственно, и все.
.
Подобные находки, вооружившись хорошим металлоискателем и обыскав площадь в 25 гектар, можно обрести почти в любом месте матушки России. Для этого совсем необязательно ехать под Тулу.
.
После первого года работы сами археологи были настолько обескуражены, что готовы были признать: да, поле под Тулой никакого отношения к Куликовской битве не имеет. Куликово поле надо искать где-то совсем в другом месте. Но потом, поразмыслив, вероятно, решили, что делают крупную ошибку. Ведь перенос места Куликовской битвы далеко не безобиден для общепринятой версии русской истории.
.
Что если окажется, что битва была в Москве? Тогда привычная сегодня картина русской истории рассыпается как карточный домик. Если в XIV веке на месте Москвы было чистое поле, на котором бились Дмитрий Донской с Мамаем, то где же находилась в то время русская столица? И почему о ее другом местоположении ничего не говорят летописи? И можно ли доверять таким летописям, если они даже место столицы указывают неправильно?

Продолжение статьи с фото: My WebPage

Состав Временного правительства: сидят (слава направо): Ефремов, Пешехонов, Чернов, Некрасов, Керенский, Авксентьев, Никитин, Ольденбург. Стоят: Зарудный, Скобелев, Прокопович, Савинков, Карташов.

После Октябрьской революции верхушка масонского куста оказалась в эмиграции. Но корни его остались в России. И эти корни не могли не дать новых ростков. Однако говоря о советском масонстве, не следует забывать, что, прикрываясь высокими идеалами свободы, равенства и братства, советские и постсоветские масоны лишь выполняют распоряжения руководящих и контролирующих органов. Новый центр был еще более законспирированным, чем прежний. Первоначально его основу составляли зиновьевцы. Понятно теперь почему Зиновьев заблокировал принятие 22-го пункта устава Коминтерна? Однако с падением влияния зиновьевцев в партии большинство переходило к так называемым "правым уклонистам" – Бухарину, Рыкову и Томскому. Тем не менее, вступая в непримиримую полемику на трибуне съездов, конференций и пленумов, как зиновьевцы, так и бухаринцы, во мраке лож сохраняли взаимное согласие. Если остановиться на возникновении и развитии организации "правых", то ее деятельность можно разбить на три этапа.


Григорий Евсеевич Зиновьев


Николай Иванович Бухарин

Первый этап – это 1924-27 годы, когда зародилась организация правых в виде школки Бухарина, с одной стороны, и в виде известных тред-юнионистски настроенных кадров профсоюзников, возглавляемых Томским, – с другой. Впоследствии они превратились в одну из основных и главных частей организации правых. Второй этап – 1927-30 годы, когда к школке Бухарина, к профсоюзникам потянулись все правооппортунистические группы, возглавляемые Рыковым в советском аппарате, Томским – в профсоюзном, Углановым – в московской партийной организации. Все вместе они к июньскому пленуму ЦК 1928 года образовали вполне сколоченную фракцию со своей платформой, внутрифракционной дисциплиной и своим централизованным руководством. Наконец, третий этап – это 1930-37 годы, когда организация правых уходит в подполье, отказывается от открытого отстаивания своих взглядов и постепенно скатывается к тактике террора, к организации повстанчества в деревне, к организации забастовок и, наконец, к диверсионной и вредительской деятельности в народном хозяйстве, но это уже тема другого исследования.

Источник: My WebPage

Выход прогрессистов из блока в Государственной думе, провокационные речи Коновалова с призывом к Думе не расходиться, подталкивание к "действиям" рабочих через группы содействия военно-промышленным комитетом, наконец, планы военного переворота – все это показывало, что тайные вдохновители единого фронта буржуазной оппозиции санкционировали переход к непарламентским методам прихода к власти. В то же время в Петербурге и Москве не менее двух раз в месяц руководящие члены "Верховного совета" обсуждали вместе со своими французским – посол Морис Палеолог – и английским – посол Джордж Уильям Бьюкенен – наставниками планы скорейшей замены царя более эффективным правлением, которое, как полагали в Париже и Лондоне, могло бы активизировать участие России в войне против Германии и в то же время поставить под контроль брожение в стране, угрожающее вылиться в революцию. В Москве масоны собирались в частных домах и квартирах у П. П. Рябушинского, у Кусковой и Прокоповича, у Коновалова, у Челнокова, Долгорукова, Гучкова и др., в Петербурге – в отдельных кабинетах в ресторанах "Контан" и "У Донона", а также у Орлова-Давыдова, у Федорова, у Половцева, у Меллер-Закомельского и у "великого пролетарского писателя" Горького. Там же появляется подруга Екатерины Пешковой Екатерина Дмитриевна Кускова. В 1916 году именно на собраниях в квартире Горького возникает так называемый "морской план" дворцового переворота. Планировалось заманить Николая II с супругой на военный корабль, интернировать их там и отправить в Англию. Но против этого восстали английские монархи. Зачем же заграничным масонам нужно было создавать масонство в России? Ведь не проявляли же они активности в этом направлении до 1906 года. А вот зачем. Сначала Россию, втянули в Антанту. Экономически и геополитически этот выбор союзников, как показано в одном из наших материалов, был для России абсолютным нонсенсом. Более 45 процентов русского экспорта до первой мировой шло в Германию. В Германии у нас были и самые серьезные деловые партнеры. Во Франции же и в Англии у нас были одни кредиторы. Таким образом, если бы мы вступили в ту войну на стороне Германии, то в этом случае не вызывает сомнения тот факт, что общими усилиями мы задавили бы и Францию, и Англию, а США так и остались бы нейтральной страной. Более того, наши долги англичанам и французам автоматически бы аннулировались, да еще бы и компенсировались репарациями. И уж точно не было бы никакой революции. Все те преобразования, которые проделали большевики, такие как раздача земли крестьянам и введение восьмичасового дня для рабочих, собиралось проводить и царское правительство, но оно откладывало это до окончания войны, чтобы солдаты не побежали с фронта домой получать землю. Когда же в 1916 году в войну на нашей стороне вступила Румыния, и нам пришлось растянуть фронт, чтобы воевать за этих горе-союзников, то царь понял, что с войной надо закругляться. Одновременно с этим германский кайзер 12 декабря 1916 года обратился к русскому царю с предложением о заключении мира. С войной надо было закругляться не потому, что России грозило военное поражение. Надо было закругляться потому, что каждый дополнительный год войны приносил дополнительные долги. Впереди замаячила перспектива потери экономической самостоятельности. Именно намерение Николая заключить сепаратный мир ускорило Февральскую революцию.

Еще в 1913-1914 гг. под эгидой Верховного Совета народов России предпринимались первые попытки сколотить блок большинства в IV Государственной думе, создана была и начала действовать Думская ложа. Но тогда эта работа не была доведена до конца. Помешала начавшаяся война. Война же дала возможность создать такой блок в Думе в 1915 г. С согласия организации лидером Прогрессивного блока стал глава кадетской партии Милюков. Но попытка создать "правительство доверия" в результате прямого давления блока на царское правительство не удалась. С весны 1916 г. масонская организация начинает подготовку к непарламентским действиям, что проявилось в политических речах Коновалова, Некрасова, открытой критике блока со стороны Керенского и Чхеидзе в Государственной думе. А на заседаниях бюро Прогрессивного блока еще осенью 1915 г., после неудачи "первого штурма власти", Маклаков поставил вопрос об организации дворцового переворота. В течение целого года Милюков как глава блока противился принятию этого курса, настаивая на соблюдении легальных, парламентских методов борьбы. Он предупреждал, что насильственные действия, а тем более попытка вовлечь в уличные демонстрации народные массы, прежде всего рабочих, даже во имя солидарности с Думой разнуздают силы, с которыми буржуазные лидеры справиться не смогут. Это может явиться началом настоящей революции. Поэтому летом 1916 г. различными инициативными группами под контролем Верховного Совета делаются попытки склонить Николая II к передаче власти "правительству доверия страны", "лицу, облеченному доверием страны", которое бы сформировало новое правительство. Первые списки таких правительств были опубликованы и составлены еще в августе 1915 г. Их состав всегда был примерно одинаков, и он совпадает на 90% с составом первого Временного правительства. Председатель ЦВПК и в то же время масон Гучков вступил в переписку с начальником штаба верховного главнокомандующего генералом Алексеевым, убеждая его подействовать на императора в Ставке и убедить его передать власть "демократам". Через Анатолия Алексеевича Клопова, престарелого мелкого чиновника, имевшего право личного доклада царю, отправляются записки для Николая II, где ему подсказывается идея назначить главой правительства то самого генерала Алексеева, уже попавшего к этому времени в орбиту организации, то председателя Всероссийского земского союза князя Львова. Именно он стал потом председателем Временного правительства. Со своей стороны председатель Думы Родзянко с весны 1916 г. на докладах царю также предлагал создание нового правительства лицу, пользующемуся доверием страны, но каждый раз намекал на себя самого. Все эти инициативы оканчивались неудачей. В первой половине октября известный буржуазный деятель кадет М. М. Федоров (один из первых масонов в России XX в.) предоставил одно из своих торговых предприятий для тайного совещания лидеров буржуазной оппозиции. Там были Милюков, Львов, Некрасов, Коновалов и др., всего около 15 человек. Большинство из них принадлежало к тайной масонской организации. На заседании, оценивая неудачи всех парламентских попыток добиться власти, видя близость революции, Гучков поставил вопрос об организации военного переворота, иначе революция пойдет "мимо нас" и приведет не к тем результатам. Целью переворота было заставить Николая II отречься от престола в пользу малолетнего сына Алексея. Был бы назначен регент, которым мог бы стать младший брат царя Михаил Александрович. Михаил присягнул бы конституции, страна бы, таким образом, "мирно" вступила в стадию буржуазной конституционной монархии. Власть в ней перешла бы в руки буржуазии как класса. Кадеты немедленно разобрались во всех тонкостях передачи престола и назначения регентства. Однако согласованного решения о самом перевороте на данной встрече принято не было. Она была для этого слишком широкой и тут присутствовали и "непосвященные", прежде всего сам Милюков. Но вскоре после этого заседания сошлись Гучков, Терещенко, 28-летний миллионер и в то же время один из ближайших помощников Керенского по Верховному Совету народов России, и Некрасов, тоже второй секретарь Верховного Совета. Втроем они быстро установили единство взглядов на организацию военного переворота и стали разрабатывать его план. Независимо от этой группы начала действовать еще одна, в которую, как установили историки, входили Львов, генерал Алексеев, кадет Кишкин, тифлисский городской голова Хатисов и сам Федоров (все – масоны). Эта группа начала разрабатывать свои планы даже раньше, поскольку переворот вначале был назначен на 30 ноября. Но Алексеев колебался, а потом и 'вовсе испугался принять участие в перевороте. Тогда возникла мысль использовать великого князя Николая Николаевича. Николай Николаевич, хотя и принадлежал к императорской фамилии, был масоном-мартинистом. Поэтому "братья" легко подобрали к нему ключи.

И в этой связи почти неисследованной остается роль тайных масонских организаций в деле вовлечения России сначала в первую мировую войну, а потом и во вторую. За исключением работ Яковлева, Бегуна и Старцева, а также хрестоматийной книги Нины Берберовой и публицистической работы Лоллия Замойского в нашей стране книги о новейшем русском масонстве практически не издавались. Не издавались вообще и работы о масонстве советского периода.

Тем нее менее, сейчас уже точно установлено, что за всеми действиями буржуазной оппозиции царизму, заговорами генералов, великокняжеской "фрондой", демонстративными действиями меньшевиков – оборонцев и центристов, правых народников и народных социалистов стоял единый, хорошо законспирированный центр. Есть, правда, ученые, которые с пеной у рта доказывают, что масонских организаций не существовало, а все они выдуманы департаментом полиции. Одним из таких ученых был ныне уже покойный Исаак Израилевич Минц. Книга профессора Николая Николаевича Яковлева "1 августа 1914 года", вышедшая еще в 1974 году, задела академика Минца за что-то живое. В этой книге впервые в советское время говорилось о русских масонах ХХ века. Книга эта была основана не только на бумажных документах, но и на воспоминаниях еще живших тогда людей. Когда же начали выходить в свет работы Старцева, а еще больше, когда появилась знаменитая книга Нины Берберовой "Люди и ложи" (Нью-Йорк, 1986), Минца чуть не вывернуло наизнанку.
Организация масонов получила название "Великий Восток народов России" и управлялась "Верховным Советом народов России", избиравшимся на конвентах (съездах) 1912, 1913 и 1916 годов, на которых также планировалась стратегия наступления на правительство. Целью организации было установление в России буржуазно-демократического строя, строительство государства по принципу федерации с предоставлением прав автономии народам страны. В организации были сильны буржуазные радикалы, выступавшие за республиканское устройство государства. Организация давала возможность устанавливать контакты между теми фракциями и партиями, которые на открытой политической арене Государственной думы и в печати вели между собой полемику и политическую борьбу. Верховный Совет координировал действия значительной части верхушки этих партий. Очень быстро масонская паутина опутала всю верхушку российской интеллигенции. Зная тайны извращенных сексуальных пристрастий и другие грехи видных общественных деятелей, масоны сумели вовлечь почти всех их в свою орбиту. Еще в 1915 году было создано теневое правительство, состав которого на 90 % совпал впоследствии с составом Временного Правительства, образованного после падения монархии. Общая численность организации по примерным подсчетам была равна 300 человекам. Среди них были кадеты и близкие к ним B. А. Маклаков, А. И. Шингарев, октябрист А. И. Гучков, близкий к кадетам Г. Е. Львов, буржуазные радикалы Е. Д. Кускова и C. Н. Прокопович, прогрессисты И. Н. Ефремов и А. И. Коновалов, левый кадет Н. В. Некрасов, меньшевики Н. С. Чхеидзе и М. И. Скобелев. С 1912 г. в организацию был принят А. Ф. Керенский (тогда трудовик). Верховный Совет имел ложу в Государственной думе, среди петроградских журналистов, в ряде буржуазных общественных организаций, включая Всероссийский земский союз, Всероссийский союз городов, Центральный военно-промышленный комитет. Наряду с организацией Великий Восток народов России действовали и другие масонские ложи и союзы, которые все имели контакты между собой. Таким образом, открытые политические партии буржуазии и мелкобуржуазные партии, общественные организации были связаны еще одним надстроечным институтом, директивы которого были обязательны для всех его членов. С началом первой мировой войны организация признала для себя целью доведение войны до конца в тесном единении с "союзными демократиями" Англии и Франции. С 1916 г. генеральным секретарем Верховного Совета народов России был избран популярный левый адвокат, лидер фракции трудовиков IV Государственной думы Керенский. Милюков и ряд его ближайших сотрудников не вошли в масонскую организацию, хотя получали приглашения еще с 1906 г. Однако он признавался в 1938 г., что был вынужден считаться накануне Февральской революции с политическими решениями, принятыми без его участия.

Василий Алексеевич Маклаков

По свидетельству видного российского масона Василия Алексеевича Маклакова (Власть и общественность на закате старой России, т. 1 – 3, Париж, 1936), масонская идеология и формальности мало волновали русских масонов XX века. С самого начала организация имела политические идеи – ограничение или свержение самодержавия, установление буржуазно-демократических порядков в стране. Этого Маклакова, кстати, прошу не путать с его верноподданным братом Николаем, занимавшим с февраля 1913 до сентября 1915 пост министра внутренних дел и предлагавшего разогнать всю эту промасонскую думу к самым, что ни наесть, собачьим чертям. Николай Маклаков был арестован Временным комитетом Государственной Думы, в который входил его брат, уже 27 февраля 1917 года. А после революции он 23 августа 1918 года был расстрелян по постановлению ВЧК. Братец же его Василий спокойно дожил до 88 лет и умер в Цюрихе 17 июля 1957 года.

Полиция вскоре напала на след масонов, и тогда в 1910-1911 годах некоторые ложи официально объявили себя "уснувшими" и на время прервали прямые связи со своими масонскими начальниками во Франции. "Полярная звезда" к этому времени уже стала капитулом, т. е. ложей, состоящей только из масонов 18° и выше. Здесь надо пояснить, что же такое "°". Масоны делятся по степеням – градусам – посвящения в цели организации. Масон более высокой степени распоряжается масонами низших степеней. С 18° начинается "внутреннее масонство", члены которого управляют "братьями" низших степеней. Ложи, состоящие из масонов 18° градуса, имеют право открывать новые, подчиненные им ложи. "Полярная звезда" своей властью создала две "нерегулярные" масонские ложи – "Малую Медведицу" и "Большую Медведицу". Они положили собой начало новой организации, которая оставила от традиционного масонства только клятву молчания, безоговорочного подчинения низших "братьев" высшим. Под видом научной книги Евграфа Сидоренко "Итальянские угольщики начала XIX века" (СПб., 1913) был выпущен зашифрованный устав масонской организации, получившей название "Великий Восток народов России"



Истинным автором "Угольщиков" был, кстати, не кто иной, как Сергей Дмитриевич Масловский-Мстиславский – в будущем левый эсер, член Совнаркома, подписывавший в 1918 году Брестский мир. А тогда он был полковником Генерального штаба, непонятно почему остававшийся на службе. Дело в том, что этот Масловский, носивший литературный псевдоним Мстиславский, имел одновременно со службой в Генштабе еще одно занятие – терроризм. 28 марта 1906 года в Озерках под Петербургом именно группа Масловского "осудила" и повесила бывшего священника, бывшего главу Собрания русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга Георгия Аполлоновича Гапона. В мае 1910 года Масловский-Мстиславский был заключен в Петропавловскую крепость по обвинению в попытке военно-государственного переворота, вследствие которого он должен был стать "диктатором". В состав обвинения вошло и "умышление на жизнь государя". Однако через год Масловский-Мстиславский вышел из крепости и снова отправился в Генеральный штаб. Был, правда, момент, когда власть в стране могла оказаться в руках Масловского-Мстиславского. Сразу после подписания Брестского мира он обратился к Бухарину, Пятакову и другим "левым коммунистам" с предложением арестовать Ленина и организовать новый Совнарком.



Но вернемся в дореволюционные времена. Очень быстро масонская паутина опутала всю верхушку российской интеллигенции. Зная тайны извращенных сексуальных пристрастий и другие грехи видных общественных деятелей, масоны сумели вовлечь почти всех их в свою орбиту. Еще в 1915 году было создано теневое правительство, состав которого на 90 % совпал впоследствии с составом Временного Правительства, образованного после падения монархии.

Николай Виссарионович Некрасов

Общая численность организации по примерным подсчетам была равна 300 человекам. Среди них были кадеты и близкие к ним B. А. Маклаков, А. И. Шингарев, октябрист А. И. Гучков, близкий к кадетам Г. Е. Львов, буржуазные радикалы Е. Д. Кускова и C. Н. Прокопович, прогрессисты И. Н. Ефремов и А. И. Коновалов, левый кадет Н. В. Некрасов, меньшевики Н. С. Чхеидзе и М. И. Скобелев. С 1912 г. в организацию был принят А. Ф. Керенский (тогда ещё трудовик). Верховный Совет имел ложу в Государственной думе, среди петроградских журналистов, в ряде буржуазных общественных организаций, включая Всероссийский земский союз, Всероссийский союз городов, Центральный военно-промышленный комитет.

В 1822 году масонство в России было официально запрещено, и хотя оно, безусловно, продолжало тайно существовать. Так, масонами было большинство декабристов, а субсидировал их еврейский банкир Абрам Израилевич Перец, сын которого Григорий Абрамович был принят в тайную организацию, примыкавшую к Союзу благоденствия. Именно по его предложению паролем декабристов стало еврейское слово «херут». В революционной пропаганде для обоснования преимущества конституционного строя Перетц использовал цитаты из Ветхого завета, а также говорил «о необходимости общества к освобождению евреев, рассеянных по России и даже по Европе, и к поселению их где-нибудь в Крыму или даже на Востоке в виде отдельного народа».



Глава русских масонов Егор Абрамович Перец занимал одну из ключевых государственных должностей.

Другой сын Абрама Израилевича Егор Абрамович, родившийся уже после смерти отца, стал участником разработки реформ 1860-х — 1870-х годов, а в 1878—1882 годах занимал должность Государственного секретаря. Он был не просто масоном, а главой одной из ведущих масонских лож. Сменил Перца лишь Александр III. «Я сидел в Государственном совете, будучи великим князем, и уже тогда меня коробило от направления, которое получали дела благодаря стараниям Государственной канцелярии. Я не имел доверия к Перетцу и поэтому сменил его», — объяснял своё решение государь.

Семейство Перцев заботилось о том, чтобы масонская власть не уходила из их рук, и потому практиковало родственные браки. Так, тот же Егор Абрамович был женат на дочери своей же родной сестры.

Неплохо прижились Перцы и при советской власти. Внук декабриста Григория стал видным славистом и даже академиком, что, правда, не мешало ему организовать ещё одну ложу. Помимо масонской деятельности он вёл и политическую, находясь во составе подпольной Российской национальной партии. В отличие от большинства членов этой организации, Перца не расстреляли, а отправили в ссылку в Саратов.

Во второй половине 19-го столетия в Россию стало постепенно проникать розенкрейцерство в лице доктора Папюса и его ордена мартинистов. Следующий этап становления масонства в России связан с именем известного религиозного философа, поэта и публициста Владимира Соловьева, основоположника учения о святой Софии, проповедовавшего «модернизацию» православия с последующим объединением всех церквей. Правда, сам Владимир Соловьев масоном как таковым не был — во всяком случае, нет никаких источников или свидетельств, подтверждающих факт его принадлежности к масонству. Тем не менее косвенно он оказался к нему причастен, так как его наиболее верные последователи сразу после смерти философа создали «Братство аргонавтов», собрания которого посещали В. Иванов, К. Бальмонт, Н. Бердяев и С. Булгаков. Примыкал к ним и А. Блок.

В первые годы ХХ столетия все российские масоны попадают пл руководство единого центра. Этим центром была масонская ложа "Полярная звезда", основанная, как и ложа в Москве "Возрождение", в 1907 году академиком Максимом Максимовичем Ковалевским (1851-1916). К 1910 году ложи объединяли уже около 100 видных представителей партий кадетов, октябристов, трудовиков и народных социалистов, а также отдельных генералов и офицеров, представителей бюрократии и даже членов царской фамилии.

В первое десятилетие царствования Екатерины II масоны в России больше увлекались обрядовой стороной, почти не предпринимая каких-либо решительных попыток расширить свое влияние на общественную мысль, и только к концу царствования Екатерины здесь наконец сложились две масонские системы: так называемые елагинская и циннендорфская Екатерина II(шведско-берлинская). Первая названа по имени И. П. Елагина, который, по его же словам, встретился где-то в пути с одним путешественником-англичанином, и тот открыл ему, «что масонство есть наука». Вторая система была основана немцем из Берлина, посланным в Петербург знаменитым тогда Циннендорфом. В 1776 году обе системы объединились, однако в масонских ложах в ту пору преобладали исключительно иностранцы, жившие в России, тогда как для самих русских масонство оставалось некой игрой «непонятных иноземцев».

Настоящие масоны появились в России только в конце царствования Екатерины. Одним из них был И.Г.Шварц, уроженец Трансильвании. В Россию он приехал в 1780 году в качестве гувернера, но вскоре стал профессором Московского университета, где со временем сколотил вокруг себя небольшой масонский кружок из числа преподавателей и студентов в количестве восьми человек. Обрядность и ритуал там не практиковались, и вообще непонятно, чем занимались члены кружка на своих заседаниях, но кружок был тайным, и другие масоны в него не допускались. Шварц, по его заверениям, «привез с собой градус единственного верховного представителя теоретической степени соломоновых наук в России», то есть, иначе говоря, был посвященным, специально посланным в Россию представлять и насаждать здесь «великую идею масонства». И, видимо, небезуспешно, так как на Вильгельмсбаденском конгрессе масонов в 1782 году Россия была признана «восьмой провинцией масонского мира». Масонские ложи в России неоднократно подвергались гонениям и трижды запрещались Александр Iспециальными императорскими указами – при Екатерине II, Павле I и Александре I. Правительство Александра I разрешило деятельность масонских лож, стремясь поставить их под надзор и даже использовать в своих интересах. Интересно, что Александр I сам состоял в масонской ложе. При нем в 1809 году в Россию для преподавания еврейского языка в Духовной академии прибыл уроженец Венгрии И. А. Фесслер, основавший в Петербурге ложу «Северная звезда» (некоторые масоны считали эту ложу иллюминатской), в которую входил и увлеченный его идеями М.М.Сперанский, оставивший заметный след в истории России своими реформами. Но в Петербурге Фесслер надолго не задержался, ибо вскоре был обвинен в том, что распространял среди слушателей академии социнианское учение. Чтобы избежать нежелательных осложнений, Фесслер перебрался в Саратов, но в провинциальной глуши учеников у него не нашлось.

Участник Ижевско-Воткинского восстания, в сентябре—октябре 1918 г. командир Ижевского стрелкового полка, впоследствии командир Ижевско-Воткинской бригады А.Г.Ефимов вспоминал: «Со стороны Гальяны в этот день началось наступление больших сил красных. На этот раз они собрали из своей 2-й армии все боеспособное и послали в Ижевск около 6000 бойцов с восемью 3-дюймовыми пушками, двумя полевыми гаубицами и 32 пулеметами. В отряде было значительное количество коммунистов и преданных красным латышей и мадьяр».

«В красном лагере шли усиленные приготовления для подавления восстания ижевцев и воткинцев. Разгром, бегство и полный развал 2-й Красной армии и явные сочувствие и помощь крестьян восставшим рабочим делали восстание чрезвычайно опасным для красной власти. Ненадежность мобилизованных из местного населения заставляла посылать войска из центра страны. Упорство в боевых столкновениях требовало посылки особо стойких частей, составленных из коммунистов, из отрядов “чрезвычаек”, из латышей и китайцев /…/. Отряды наемных иноземцев по своей жестокости не отличались от доморощенных коммунистов, и борьба принимала свирепый, кровавый характер с большими потерями с обеих сторон.
Ижевцы, бывшие на “Северном” фронте, вспоминали, как им пришлось иметь дело с каким-то интернациональным полком, в котором все бойцы были одеты в красные рубахи. Сильно опьяневшие, они с пением “Интернационала”, переходившего при сближении в дикий рев, бросались на своего противника, несли большие потери, но повторяли атаки по нескольку раз /…/».

«Упорно дравшийся отряд красных состоял из латышей. Главные силы группы подпоручика Вершинина и левая обходная рота в бою принять участие не успели. Но по колонне главных сил, следовавшей по дороге, красные открывали огонь со стороны деревни Якшур-Бадья».

/…/ Около этого времени (по другим сведениям, это было раньше) поручик Дробинин у деревни Мишкино нанес сокрушительный удар 4-му Латышскому полку, захватив несколько орудий, пулеметы и много пленных и обратив красных латышей в поспешное бегство. /…/

Продержавшись несколько больше месяца, Казань была захвачена красными. Они не предприняли энергичного преследования отступавшего казанского гарнизона, и он довольно спокойно переправился через реку Каму у деревни Епанчино близ Лаишева. Свои освободившиеся у Казани войска красные направляли против ижевцев и воткинцев, торопясь покончить с восстанием. В первую очередь перебрасывались: отряд Азина, сформировавший 2-ю Сводную дивизию (потом 28-ю), и латышские полки. 4-й латышский полк, как отмечалось раньше, был разбит воткинцами, а 5-й Латышский полк, сильно пострадавший при захвате Казани полковником Каппелем, видимо, действовал со стороны города Глазова».

Ижевско-Воткинское восстание было жестоко подавлено частями Красной Армии. В Ижевске было расстреляно 7000 человек: рабочие — участники сопротивления и их семьи.

Источники: My WebPage
My WebPage

В то же время на Ижевск наступала 2-ая Советская сводная дивизия под командованием старого латышского коммуниста Валдемара Азина. Во входящем в эту дивизию 247-м полку были две латышские роты. Командовал полком Я. Рейнфельд – бывший командир разгромленного ижевцами Уфимского латышского батальона. Комиссаром полка был Рейнберг; отрядом конных разведчиков командовал Т. Калнынь; 3-им батальоном — его брат Ж. Калнынь; пулеметной командой — Осис; хозяйственной частью — коммунист с 1905 г. Кондрате. Так что хотя в 247-м полку было всего две латышские роты, командные посты главным образом занимали красные латыши. Во 2-ой Советской сводной дивизии были и части венгерских интернационалистов.

7 ноября комдив В. Азин бросил свою дивизию на штурм Ижевска. В городе ударили в набат. На защиту родного города поднялось все население. Ижевские рабочие бросились в контратаку, но в первом же бою потеряли свыше 800 убитыми. Сражение длилось три дня, но ижевцы не могли отразить обильно снабженные пулеметами и артиллерией красные полки. 9 ноября сам Азин на бронепоезде бросился на прорыв обороны, кося из пулеметов защитников города. 10 ноября, под покровом ночи, рабочие отряды вместе с частью населения оставили город.

Утром комдив В. Азин приступил к кровавой расправе над оставшимся в Ижевске населением. Родственники непокорных рабочих, в том числе старики и женщины, по приказу В. Азина были расстреляны в первый же день. Повторилась кровавая ярославская баня. За взятие Ижевска В. Азин был награжден орденом Красного знамени» .

Эти два положения о решающей роли латышских стрелков в подавлении Ижевского восстания и их последующем прямом участии в красном терроре остаются общим местом даже в последних работах по Восстанию. Так, в частности, А.А. Шепталин утверждает, что «на подавление восстания были брошены самые верные и боеспособные силы Красной армии, половину которых составляли отличавшиеся особой жестокостью «интернационалисты» – части латышских и китайских стрелков, а также наемников из бывших военнопленных венгров, австрийцев, немцев и турок». Ему вторит А.А. Петров: «/…/ Ижевским рабочим не оставалось ничего другого, как только утром 7 ноября по заводскому гудку предпринять массированную беспатронную штыковую атаку. /…/ От совершенно неожиданного и сокрушительного разгрома Азина спасла лишь стойкость латышского полка Чеверева».

Бывший журналист повстанческих изданий «Ижевский защитник», «Народовластие» и др. Анатолий Гутман-Ган пишет: «В Сарапуле были сосредоточены штабы 2-й Красной армии. В то время главные силы большевиков, оперировавшие здесь, составляли латыши, мадьяры, китайцы и очень немного русских солдат — остатки старой армии».

В книге воспоминаний легендарного командира ижевцев генерала В.М.Молчанова при описании событий весны 1919 г. засвидетельствовано: «Когда я прибыл на линию фронта Второго Полка (речь идет об Ижевской дивизии и знаменитой ижевской атаке – под гармонь, с танцующей впереди медсестрой Лидой Поповой), я обнаружил, что нам противостоит полк из первоклассных Красных борцов, Третий Интернациональный Полк. Это была боевая единица Красной Армии, пользующаяся особым доверием, которая состояла из китайцев, латышей, венгров, коммунистов, и я думаю некоторого числа немцев».

В той же тональности, что и оба его командира – Федичкин и Молчанов, рассматривает латышскую тему в своих воспоминаниях, увидевших свет в 1975 г. в Сан-Франциско, и рядовой участник тех событий В.М. Наумов.
«Наш отряд начал производить разведки. /…/Недалеко от селения мы заметили приближающийся к нам конный отряд численностью значительно больше нашего. Приблизившись, они крикнули – «Кто едет?». Мы отвечали – «Свои» и, приблизившись вплотную, ссадили их комиссара-латыша. Отряд сразу же повернул вспять/…/. Взятый нами в плен комиссар в ту первую нашу стычку, был приговорен к расстрелу. Как это случилось – конвоиры ли его отпустили, или ему удалось бежать, когда вели его через лес, во всяком случае он был после в нашем селе, когда мы уже ушли за Каму, он был во главе красных отрядов».

«В это время Ижевск и Воткинск, – продолжает Наумов, – держали связь и действовали в полном контакте. Из Петрограда на наш фронт были двинуты эшелоны, главным образом были посланы отряды латышей и мадьяр, но было и несколько рот состоящих исключительно из китайцев. Теперь, смотря в то далекое прошлое, становится понятным, почему именно такие отряды были посланы к Ижевску и Воткинску из красного Петрограда; посылать русские отряды против восставших русских же рабочих было опасно, а мадьяры, латыши и китайцы – все это была наемная «армия», готовая идти против кого угодно. Латыши и мадьяры держались очень стойко, китайцы же в боях буквально никуда не годились, много их погибло во время боев, потопленных в Каме».

События принимали очень серьёзный оборот. Троцкий был вынужден бросить против рабочих отборные части латышских и китайских стрелков, части наёмников из бывших военнопленных мадьяр, австрийцев, немцев и турок, а также чекистские соединения из Москвы, Рязани, Смоленска, Тамбова, Саратова и Н.Новгорода, несколько бронепоездов и матросов Ф.Раскольникова с Волжской военной флотилии.

Впоследствии участник этих событий писал в одной из харбинских газет: "Большевистские латыши и китайцы приближались к городу. Тогда там рабочие останавливали свои станки, брали тут же рядом стоящие винтовки и шли в бой. Разбив латышей и китайцев, они опять становились к станкам и продолжали работать".

Красные, удивлённые стойкостью рабочих бросили против них ещё целых три армии. С каждым днём блокада Ижевска сужалась и становилась всё более невыносима. Тогда рабочие, взяв своих детей, жён, домочадцев и окружив их плотным кольцом, пошли опять в психическую атаку на врага. В этой отчаянной атаке они прорвали кольцо красных, навеки уложив в русскую землю тысячи "военных специалистов" из бывших военнопленных, которые так и не вернулись из русского плена.

Кто же противостоял русским рабочим, восставшим за свою страну против кучки преступников, возомнивших себя властью?

«В середине августа на Урале, в заводских городках Воткинске и Ижевске, против “рабоче-крестьянской” власти восстали не кто иной, как сами рабочие — рабочие государственных оружейных заводов. /…/ утром 7 августа, вооружившись захваченными на заводе винтовками, ижевцы подняли восстание и вступили в бой с красноармейским батальоном и отрядом австрийских интернационалистов. К вечеру австрийские интернационалисты были уничтожены, а остатки красноармейского батальона бежали из города.

Организатор восстания унтер-офицер Осколков обратился к находящемуся в это время в Ижевске полковнику Д. И. Федичкину принять Ижевский рабочий полк под свое командование. 15 августа Федичкин, разбив в коротком бою красноармейский гарнизон, захватил пристань Гальяны и взял под свой контроль течение Камы, по которой курсировала советская флотилия. Командующий 2-ой советской армией Рейнгольд Берзинь направил в район Гальян группу советских войск, которую возглавил Уфимский латышский батальон, насчитывающий 500 стрелков и 30 кавалеристов при 26 пулеметах. /…/ Стремительной атакой латыши выбили 18 августа ижевцев из Гальян и вместе с другими красными частями пошли в наступление на Ижевск. Но не успел командир Латышского батальона Я. Рейнфельд бросить своих стрелков на штурм Ижевска, как в тылу его группы войск появился новый враг. Рабочие в ближайшем городке Сарапуле, арестовав весь Сарапульский Совет и местных чекистов, сформировали антисоветский отряд.

В то же самое время восстали и рабочие в соседнем городке Воткинске, которые под командованием капитана Юрьева ударили во фланг Уфимскому латышскому батальону и вынудили его с другими красноармейскими частями отступить на запад.

24 сентября на ликвидацию мятежа ижевских и воткинских рабочих из Петрограда был послан 7-ой Бауский лат. стрл. полк, Латышский артиллерийский дивизион и кавалерийский отряд. 29 сентября латышские стрелки высадились в 100 км севернее Воткинска, на станции Чепца, откуда, соединившись с частями Особой Вятской дивизии, двинулись в наступление на Воткинск.

При известии, что прибыли латышские стрелки, крестьяне покидали деревни и бежали в лес, ибо слух об их расправах над ярославскими повстанцами, об их непреклонной верности Ленину и т. д. дошел и до этих глухих мест /…/. Это повторялось в каждой деревне /…/ . Конечно, стрелки не убивали всех жителей и не сжигали все деревни, но уже довольно того, что они расстреливали родственников присоединившихся к мятежным рабочим крестьян. Иначе крестьяне не скрывались бы в лесах. Имена же командира 7-го Бауского лат. стрл. полка Мангулса и латышского комдива В. Азина, учинивших кровавую расправу в Воткинске и Ижевске, после захвата их красными произносились здесь не иначе как с проклятьем.

7 октября, в 35 км от Воткинска, 7-ой Бауский лат. стрелковый полк и Особая Вятская дивизия повстречались с воткинскими отрядами, которыми командовал капитан Юрьев. Бои были ожесточенными и длительными, вначале — с переменными успехами. Но со временем, хорошо обученные и имея за собой боевой опыт в 1-ой мировой войне, латышские стрелки, применяя обходы с флангов и атакуя концентрированными силами, начали одерживать победы. Подавляющее число воткинских рабочих никогда в армии не служило ибо, как занятые на оружейных заводах, от воинской повинности они были освобождены; не было у них и офицеров — ротами и взводами командовали фельдфебели и унтер-офицеры. Но в храбрости и стойкости они стрелкам не уступали. Сражение продолжалось свыше месяца, только иногда затихая на день-два.

Второй отличительной чертой его была настоящая рабочая организованность. Вооруженные рабочие Ижевскa резко отличались от крестьян, чьи выступления носили стихийный, мало управляемый, но и мало эффективный в военно-политическом отношении характер. Ижевские рабочие подняли не бунт, а настоящую серьезно спланированную войну против антирабочей и антинародной власти большевиков. Они создали первую в истории Белую рабочую армию: "оборона" Ижевского состояла из фронтов, фронты против карателей, продотрядовцев и регулярной армии держали батальоны и роты, каждый батальон и рота имели строго армейскую структуру: взводы, отделения, тыловое обеспечение, лазареты, связь и т.д.

Третье. Восстание, поднятое тысячами рабочих оружейных заводов Ижевска, оказалось ударным механизмом для восстаний в Воткинске, для вооруженных выступлений по всему востоку Вятской губернии, по большой части Казанской губернии, в Поволжье и на Урале.

Четвертой замечательной характеристикой Ижевского восстания было то, что даже подавленное, оно не стало концом вооруженной борьбы рабочих. Напротив, оно было началом долгой, упорной и бескомпромиссной войны Ижевцев.
Начавшись в форме "Обороны" Завода, оно выросло в Народную Армию в августе-сентябре 1918-го, которая в дальнейшем была реорганизована в Ижевскую Дивизию в 1919-ом, непобедимую в течение всей гражданской войны на Востоке России.

Наконец, последнее. Ижевское восстание и уход Ижевцев в зарубежье дал мировой цивилизации ярчайший пример духовной стойкости и непримиримости русского народа перед лицом самого страшного зла 20-го века - коммунизма.

Рано утром 8 августа 1918 г. загудел заводской гудок, послуживший сигналом к началу восстания. Ижевские рабочие передали Воткинском рабочим 50 тыс. винтовок:; 60 тыс. - восставшим уральским крестьянам. Патронов, правда, у ижевских рабочих не хватало, и они их добывали в боях у красных.

Когда началось восстание ижевских рабочих, красноармейцам зачитали приказ Троцкого о том, что в Ижевске восстали буржуи и дворяне. Но когда они приблизились к городу, там вдруг взревели заводские гудки. Навстречу красным из города шли цепи людей в рабочих спецовках с винтовками наперевес.

Среди рабочих многие побывали на фронтах 1-ой Мировой войны, немало среди них было и георгиевских кавалеров, получивших свои кресты и медали за храбрость в боях. Именно они шли в первых рядах контратакующих рабочих, надев на свои спецовки все свои боевые награды. Цепь за цепью, без единого выстрела (не было патронов), со сжатыми зубами и глазами, полными ненависти и гнева, прямо от станков, плечом к плечу шли в свою психическую контратаку рабочие Ижевска. А позади передовых цепей рабочих шли несколько десятков гармонистов, которые играли знаменитый марш "Прощание славянки". Всё это привело в смятение красных, они дрогнули и побежали, преследуемые рабочими, а многие из них стали переходить на сторону ижевцев. В полном своём составе перешёл и Петроградский рабочий полк, которым так гордились большевики.