Рядом с водоемом-воронкой мы нашли еще четыре готовых к зарядке скважины большого диаметра, расположенные на одном профиле, в 175 метрах друг от друга. Известно, что планировалось произвести еще несколько десятков таких взрывов в рамках проекта переброски северных рек. И часть скважин для помещения ядерных зарядов, как мы убедились, была уже подготовлена. В огромном количестве был завезен сюда и щебень, видимо, для бетонирования стволов скважин.
Измерения показали высокое радиационное загрязнение — до 500 мкР/час на площади порядка 100 гектаров вокруг Атомного озера. Мы убедились, что на самых радиоактивных участках очень хорошо растут грибы, тогда как в более удаленных от озера местах с нормальным радиационным фоном, 7-10 мкР/час, грибов значительно меньше. Результаты анализа показали, что радионуклид, вызывающий сегодня повышенную радиоактивность в районе произведенного взрыва, — это цезий-137. Для его практического исчезновения понадобится не менее 300 лет. Если такими чурбачками топить печку, она станет сильнейшим источником радиоактивности.
Результаты, полученные в ходе экспедиции, еще раз убедили нас в том, что эта территория должна быть зоной строгого радиационного контроля и ее свободное посещение должно быть запрещено. Тем более, должен быть запрещен всякий сбор грибов и ягод, а также охота и рыболовство. Само рукотворное Атомное озеро следует нанести на государственные топографические карты.

О ситуации на месте взрывов, да и о них самих до начала девяностых годов было практически ничего не известно. В 1990 году газета общественного Комитета спасения Печоры “Экологический вестник” впервые в открытой прессе рассказала о взрывах в “мирных” целях. ...Летом 2000 года Комитету спасения Печоры удалось осуществить две экспедиции.
В марте 1971 года в Чердынском районе Пермской области, в полутора-двух километрах на северо-восток от деревни Васюково, в 20 км к северу от поселка Чусовской и в 10 километрах от границы Троицко-Печорского района Республики Коми, было произведено три ядерных взрыва суммарной мощностью 45 кТ под общим названием “Тайга”. Атомные заряды были заложены на глубину 127 м, но в действительности взрывы оказались наземными. На месте взрывов образовалась огромная воронка — котлован, который впоследствии заполнился водой. Так появился искусственный водоем более 600 метров длиной и около 300 метров шириной, вокруг которого образовался песчаный бруствер, источающий радиоактивность...
Из воспоминаний Тимофея Афанасьева, единственного жителя деревни Васюково:
— Это произошло 25 марта 1971 года. Жил я тогда в Чусовском. Нас попросили до 12 часов дня выйти из домов и предупредили: в районе Васюково что-то готовится, и в строениях находиться опасно. Мы уже знали, что там ведутся какие-то большие работы, приехали военные. Что конкретно делается, мы, конечно, не знали. В тот день все послушно вышли на улицу. Ровно в полдень мы увидели на севере, в районе Васюково, а до него было двадцать километров, огромный огненный шар. На него было невозможно смотреть, так резало глаза. День был ясный, солнечный, совершенно безоблачный. Почти в это же время, лишь на мгновение позже, пришла ударная волна. Мы ощутили сильное колебание почвы — как будто по земле прошла волна. Потом этот шар стал вытягиваться в гриб, и черный столб стал подниматься вверх, на очень большую высоту. Затем он как бы надломился внизу и упал в сторону территории Коми. После этого появились вертолеты, самолеты и полетели в сторону взрыва.

В первые секунды нас от разочарования даже прошиб пот - проделать путь в несколько тысяч километров, чтобы увидеть неказистый стальной грибок, засыпанный гравием...
Достаем дозиметр и начинаем измерять фон возле шахты - 30 микрорентген в час, высоковато, учитывая, что вокруг фон минимальный - от 5 до 9 мкР/час. Шахта торчит своей ржавой шляпой из кучки гравия, от нее в разные стороны смотрят два толстенных отвода под электрокабели. Их на всякий случай аккуратно заварили с торцов, чтобы никакой безумец не смог подключить питание к кабелям.
- А под «шляпой» и стоит заряд, - буднично пожимает плечами Владимир Балибасов. - Я в конце 90-х отсылал официальные запросы во всевозможные инстанции. В местной прессе публиковал несколько статей - хоть бы кто опровергнул. Запросы посылал. Молчат все. Тишина. Хотя, если бы шахты были бы пусты, уверен, редакции получили бы грозные бумаги из силовых министерств с требованием опровержения.
И от мыслей о том, что в глухой тайге на глубине 120 метров лежат никому не нужные ядерные заряды, морозило больше, чем от обрушившегося вдруг с раскисшего неба проливного дождя. А такие ли они ненужные в условиях современных угроз?
Уважаемые читатели! На объекте «тайга» мы не нашли следов извлечения ядерных зарядов, поэтому предполагаем, что они все еще находятся в шахтах. Мы приглашаем к диалогу всех, кто имел хоть какое-то отношение к этому эксперименту. Может быть, вы участвовали в разработке проекта, или доставляли в тайгу грузы, или просто охраняли непонятно что. Ждем ваших электронных писем на адреса: alexkots@kp.ru , steshin@kp.ru

- Сань, у меня что-то в горле першит, подойди сюда с дозиметром, - кричит с пригорка Дима Стешин. Такие же симптомы в местах повышенного уровня радиации мы чувствовали во время командировки в Чернобыль. Хотя многие и утверждают, что радиация не имеет «вкуса и запаха».
Прибор лихорадочно меняет цифры на дисплее и застывает на отметке 1002 микрорентгена в час. При норме максимум в 19 мкР/ч фон, конечно, сильно загрязнен, но для человека такая доза не смертельна. Если не находиться долго на таком «светящемся» пятне. Кстати, такого загрязненного показателя у нас не было даже на свалке радиоактивной техники в Рассохе в чернобыльской 30-километровой зоне безопасности. Неужели здесь и покоится потерянная ядерная бомба?!
По словам нашего проводника, один из несработавших зарядов остался под островком в центре озера. Это «официальная» и безопасная версия, не вызывающая ни нареканий, ни беспокойства. После подземных взрывов спрессованная толща земли навеки похоронила этот заряд. Извлечь его да и просто найти эту бомбу невозможно. Тем более на объекте есть более доступные заряды. Их Владимир Балибасов обнаружил... собирая грибы для замера радиоактивности.
Остатки склада цемента - три десятка мешков застыли в причудливых формах. Чуть дальше, за периметром, - куски бетономешалки. Фундамент караульного помещения и остатки грибка, под которым почти двадцать лет, сменяясь, стояли часовые. Куча графита: по слухам, его добавляли в бетон, чтобы сделать вредоносные выбросы менее опасными, и наконец - она!