Тем временем исправление книг облатинившимися греками продолжалось, не-
смотря ни на какие протесты и недовольство народное. Русские благочестивые люди
теперь уже не «задумывались», а прямо ужасались, смотря на происходившее кругом
них нечто такое, с чем никак не мог мириться ни ум, ни совесть верующаго человека.
Они теперь ощутительно почуяли, что «зима», в виде деспотизма, насилия жестокой
свирепости, лжи, обмана и безумных клятв, сыплющихся как из рога изобилия на
головы православнаго народа, действительно наступала, и «зима» суровая.
«Как было им не подумать,— говорит проф. Каптерев,— что эти пришлецы (гре-
ки, приближенные Никона) с очень темным и сомнительным прошлым, не твердые в
православии, корыстолюбивые и эгоистичные, готовые служить всякому и всем,
лишь бы только им хорошо платили за их службу,— что эти пришельцы, ломая рус-
скую церковную старину, решая у нас разные церковные вопросы, тем самым не ис-
правляли будто бы затемнившееся православие русской церкви, а только искажали
его? Как русским было не признать глубокаго унижения своей церкви и всего русска-
го в том обстоятельстве, что на святой Руси всеми церковными делами орудует и за-
правляет выходец из Турции (Паисий Лигарид), запрещенный архиерей-авантюрист,
лишенный своим патриархом кафедры и сана и даже не признаваемый самими вос-
точными патриархами за православнаго? Как русским было не заволноваться при
виде того, что русския церковно-богослужебныя книги, будто бы не во всем строго-
православныя, вследствие допущенных в них искажений, исправляются человеком,
который с детства был воспитан и совращен в униатство иезуитами, а потом прини-
мал мусульманство, а затем делался опять то православным, то униатом, который и в
то время, как «возстановлял» истинно-православный характер русских церковных
богослужебных книг, сам находился, однако, под началом «для исправления его хри-
стианския православныя веры»?!..*
Ясно, что при таком положении дела русским православным людям, которых
безрассудно проклинали за одно двуперстие, проклинали только за то, что они хоте-
ли сохранить верность унаследованным от благочестивых предков преданиям, неиз-
менность которых была ограждена клятвою свв. отцов и соборов, ничего не остава-
лось делать, как отделиться от таких пастырей, которые, по словам пророка, «пасли
себя, а не народ», которые высказывали такие перлы «красноречия», «правдивости»,
«велемудрия» и «благоразумия», в роде вышеприведенных. Таким образом, образо-
валось два враждебных стана...