За последнее десятилетие наши знания о геноме человека значительно расширились, однако выходит так, что чем больше удаётся узнать, тем больше новых вопросов возникает. У нас есть представление о том, как функционируют большая часть из 23 тысяч генов, но эти знания не позволяют точно предсказать развитие распространённых болезней, вроде диабета или коронарной недостаточности.
Трудящиеся на передовой эпигенетики пытаются изменить положение дел. Генетики, специализирующиеся в этой области, исследуют механизмы наследственности, которые выходят за рамки влияния наших генов. И сотрудникам Калифорнийского университета недавно посчастливилось сделать важное открытие в этой области.
Джон Тордей и Вирендер Вехан поставили перед собой задачу выяснить, могут ли курильщики навредить своим будущим потомкам. Для проверки этой теории они делали самкам крыс инъекции никотина и наблюдали за их потомством. Результаты поразительные: внуки получавших никотин самок были более предрасположены к развитию астмы, чем их предки-испытуемые. И это безо всяких генетических мутаций.
Каким же образом астма может стать наследственным заболеванием без генных изменений? В поисках ответа исследователи всё чаще обращают своё внимание на 98 процентов генома, не участвующих прямо в кодировании белков (лишь около двух процентов всего генетического материала кодируют белки). Этот большой участок генома ещё называют «мусорной ДНК», но становится всё более ясно, что это пренебрежительное название незаслуженно: похоже, мусорная ДНК играет критически важную роль в экспрессии генов. По всей видимости, именно этот участок генома несёт в себе сведения о курении.
В школе ученики на уроках биологии знакомятся с раскритикованной теорией эволюции Ламарка. Идея Ламарка состоит в том, что окружающая среда и привычки в поведении могут менять наследственные признаки (то есть жирафы постепенно «отрастили» длинные шеи потому, что их предки постоянно тянулись к высоко расположенным листьям). Результаты исследований из Калифорнийского университета наводят на мысль, что Ламарк мог быть не так уж и неправ. И хотя никто не утверждает, что накачанные мышцы можно передать потомкам, становится всё более очевидно – наследственность намного сложнее, чем о ней привыкли думать.
