Редчайшая находка доказала, что морские рептилии были не такими уж медлительными.
Анализ останков прогнатодона возрастом 72 млн лет, найденных в 2008 году в Иордании, позволил обнаружить вдоль хвоста отпечатки мягких тканей, напоминающих плавники. Исследователи делают вывод о том, что эта группа морских хищников обладала мощными хвостами вроде тех, которые сейчас есть у белых акул, а не угрей или морских змей.
Мозазавры жили в морях и пресных водоёмах ближе к концу эры динозавров, 98–66 млн лет назад. Хотя эти рептилии неплохо представлены в летописи окаменелостей, никто не думал, что удастся найти следы мягких тканей хвоста, отмечает соавтор исследования Майкл Польцын из Южного методистского университета (США). Образец настолько хорошо сохранился, что специалисты смогли разглядеть направление окостеневших волокон в хвосте и очертания чешуек, добавляет соавтор Юхан Линдгрен из Лундского университета (Швеция).
Двести с лишним лет учёные считали, что у мозазавров были хвосты в форме весла, как у морских змей. Поскольку мозазавры — настоящие ящерицы, бытовало мнение, что и хвост у них должен быть таким же, как у нынешних лацертидов. Если это действительно так, то мозазавры не могли долго плавать на высокой скорости, а потому нападали только из засады.
Если же нынешние учёные не обманулись, перед нами более мощный и быстрый пловец, который вполне мог пуститься в погоню за жертвой.
Наличие угревидного хвоста у мозазавров уже оспаривалось. Сходство костей этих рептилий с костями в хвосте современных белых акул наводило на мысль о том, что окаменелости чего-то недоговаривают. То, что мозазавры, вообще-то, эволюционно ближе к варанам, чем к акулам, никого смущать не должно, ибо в аналогичных условиях животные разного типа приобретают схожие адаптации. К тому же размер белых акул и мозазавров позволял их сопоставлять.
6 Оставалось только найти отпечаток мягких тканей хвостовых плавников (точнее, килей), на что, по правде сказать, никто уж не надеялся.
Нынешний образец имеет в длину около двух метров, из чего следует, что это молодая особь. Взрослые достигали порой 10 м.
Останки нашли рабочие в карьере близ Аммана, когда раскололи одну из известняковых глыб. Вскоре появился специалист местного музея естественной истории и увёз находку. На тот карьер отправить бы палеонтологов, но это частная собственность, поэтому приходится полагаться на совесть и грамотность рабочих. Как известно, основная часть обнаруженных подобным образом экземпляров отправляется на рынок, а не в музеи. Может, правительство Иордании всё-таки захочет, чтобы в стране появилась коллекция окаменелостей мирового значения?
Увы, сейчас ему точно не до этого: из соседней Сирии идёт поток беженцев...
